Книга Конец света. Детка и Кракен, страница 121 – Оксана Северина

— Куда грабли-то тянешь? Ты же у нас и так всегда подшофе, Розочка. Дай мужикам расслабиться.

После того, как бутылка пустеет и взгляды охотников плывут, атмосфера становится веселой, дружественной. Кракен, как шут, сыплет своими дурацкими прибаутками и пошлостями, от которых я только морщусь, зато их встречает «на ура» подвыпившая мужская компания.

Большую часть времени я сижу, опустив голову и складывая в узоры хвоинки у ног. Иногда бросаю быстрые взгляды на паренька, который не отводит от нас пламенеющих болью глаз, и снова возвращаюсь к хвоинкам.

Поднимаю голову на женский визг. Он не отчаянный, скорее кокетливый. Кто-то опрокинул Розу на спину и задрал юбку. Сквозь сполохи огня я вижу белые рыхлые, все в ямках целлюлита, раздвинутые бедра женщины, а между ними черные и густые, как дремучая чаща, сквозь которую мы с Кракеном пробирались, лобковые волосы. Смеясь, Роза копошится в них рукой и призывно похлопывает по промежности.

Я столбенею. Все это происходит будто не со мной. Как во сне, я вижу, как спускаются одни штаны и обнажается мужской зад, затем другие. Кто-то отбрасывает руку женщины в сторону и ковыряется между ее ног своими пальцами. И все это под веселье и смешки.

— Кракен, не предлагаем тебе, без обид, пацан. Роза — баба чистая и проверенная, таких сейчас не найти. Помоги уж себе сам. — Поворачивается к нам кто-то из компании явно не охотников, и я вижу подпрыгивающий от движений, торчащий кверху возбужденный член. Волосы встают у меня на голове дыбом. Мне хочется протереть глаза и понять, что мне все это кажется. — Хочешь — смотри. А может, твоя чахотошная девка тебе поможет, а? Хотя я бы не стал, честно. Чур ее, заразу эту.

— Не, братья, не беспокойтесь за нас. Мы столько за день прошли, что сейчас бы просто поспать в тепле и безопасности. Вы отдыхайте, развлекайтесь. А мы с Матрешкой, пожалуй, ляжем. Завтра нам предстоит снова идти. Доброй ночи!

Кракен подталкивает меня, заставляя улечься лицом к валуну. Сам опускается рядом, спиной к спине, выступая защитным барьером между мной и разворачивающейся у огня оргией.

— Детка, не спи, — шепчет он, нащупывает за спиной мою руку и чуть пожимает ее, мол, держись. Я молча пожимаю ее в ответ.

Не сплю. Лежу, тяжело дыша в маску, и прислушиваюсь к биению своего сердца и хриплым стонам, хлопкам и влажным чмокающим звукам позади. И закипаю от гнева.

Не знаю, сколько мы так лежим — время исчезает в беспорядочном смешении звуков и мыслей, и я пропускаю момент, когда все стихает. Кракен снова толкает меня.

— Поднимайся. Тихо. Иди за деревья и спрячься там, — шепчет он, показывая рукой в кромешную тьму за соснами. — Не высовывайся, чтобы пулей случайно не зацепило. Мало ли что.

— Кракен… — шепчу я.

Надо что-то сказать, потому что неизвестно, увидимся ли мы снова, но у меня ни одного подходящего слова. Нет, я по-прежнему не боюсь, как боялась когда-то, просто напряжена до предела. До головной боли и шума крови в ушах.

— Все будет хорошо. Иди. — Он поднимается и помогает подняться мне. Я медлю, но он подталкивает меня. — Иди-иди, не мешай. Тихо.

Не буду обузой! Стараясь не шуметь, я на цыпочках отступаю за сосны. По пути ловлю взгляд черноволосого паренька — он не спит — и прикладываю к губам палец: