Книга Шелк и кровь. Принцесса (не) должна умереть, страница 22 – Анна Платунова

— Как деликатно, Эрик, — фыркнула я.

Корвин оставил нас за пару десятков метров от барака. Мы неторопливо двинулись ко входу, и Майлз задал насущный вопрос, который давно не давал покоя парням:

— Я правильно понимаю? Райдер на нашей стороне?

Скрывать бесполезно, да и кому еще я могла довериться, если не друзьям.

— Да. Только никто не должен знать, кроме нас шестерых. Думаю, девочкам тоже можно открыться.

И я наскоро поведала о своих приключениях: о том, как пряталась в холодильном ларе, как Корвин прикрыл меня. Рассказала о будущем испытании, об отряде доверенных людей, переодетых в ловчих. О секретном вопросе про оленя тоже рассказала. Умолчала лишь о том, как Корвин накрыл мои руки своими и как мне стало тепло — от жестяных боков кружки и от его горячих ладоней.

— Мы должны предупредить остальных, что нас ждет послезавтра, — закончила я. — И отряды Кирана и Альдена тоже.

— Само собой, — согласились парни, а Эрик добавил:

— Мы-то, понятное дело, двинемся через лес вместе, вшестером.

Мы протиснулись в барак, приоткрыв дверь так, чтобы не впустить холод. Нас встретило сонное дыхание отряда. Тис и Элейн безмятежно спали, повернувшись спинами друг к другу. Но не только они лежали в одной постели: Лили сопела в объятиях Тирела, он прижимал ее к груди, пристроив подбородок на макушку подруги. Смотреть на них было и трогательно, и грустно… Даже с помощью Корвина я никому не могла обещать спасения. Зато теперь появилась надежда.

Эрик кинул лишь мимолетный взгляд на влюбленную парочку и почему-то снова разозлился. Принялся мутузить подушку.

— Эрик, ты сейчас всех перебудишь! — прошипел Майлз.

Эрик бухнулся на кровать лицом вниз.

Когда я легла в постель и укуталась в одеяло, он чуть повернул голову в мою сторону. Подушка заглушала его голос.

— Ты не любишь его, Рин. Скажи, что не любишь.

Сердце пронзила огненная игла. Хотелось бы мне так сказать, насколько проще сделалась бы жизнь. Я ведь до сих пор не могла простить Корвина, а он по-прежнему думал, что я унизила его перед двором. Ну и какая любовь может получиться из этакой гремучей смеси?

— Чего ты там бормочешь? — малодушно выкрутилась я. — Я сплю уже, Эрик.

Повозки неторопливо двигались по едва заметному тракту, ведущему вдоль кромки Седого леса. Колеса попадали в колдобины, повозки подскакивали на кочках, мы тряслись вместе с ними и ударялись о лавки. Испытание еще не началось, а я уже наставила себе синяков. Мрачные стены амфитеатра, оставшегося за нашими спинами, постепенно отдалялись. На этот раз место бойни превратится в место спасения, ведь охота на игрока закончится в тот момент, когда хотя бы одна часть его тела — рука или нога — коснется песка арены.

— Он все дальше и дальше, — грустно сказала Таисия, то и дело оборачиваясь. — Я так медленно бегаю… Если что, оставьте меня и спасайтесь сами.

— Никто никого не оставит, — прогудел Вейн, и мы все согласно закивали. — Я могу нести тебя.

— И не забывай. — Я выразительно посмотрела на Таисию. — Про оленя.

Вчера утром я рассказала подругам о том, что мы больше не один на один со смертью. Генерал Райдер не всесилен, но у него есть план. Было бы неплохо, если бы он посвятил меня в подробности, но он сказал только «делай то, что тебе скажут». Инструкция так себе, однако другой нет.