Книга Чтица императора, страница 37 – Елена Алексеевна Кузнецова

О том, что происходит на поле сражения, нам рассказать было некому. Вопреки обычному ходу дела, никто не привозил раненых, и от этого напряжение лишь усиливалось. Что происходит? Кто побеждает? Что с Дамианом?

У меня уже звенело в ушах и темнело в глазах из-за переживаний, когда охранявший меня оборотень-пёс замер, словно к чему-то прислушиваясь, а потом, обернувшись человеком, обратился к напарнику:

— Ноэм велел отвести нису к шатру мерарха Далия. Император там.

Я едва не вприпрыжку отправилась за ним, радуясь тому, что хоть что-то меняется и скоро станет известно, что произошло.

Шатёр Далия находился в другом секторе лагеря, так что тропа к нему проходила через небольшой холм, с которого можно было увидеть поле, где должно было развернуться сражение. Но вместо схватки или тел раненых и убитых бойцов по чёрной пустоте ветер носил белую позёмку – то ли снег, то ли пепел. От этого зрелища становилось тоскливо и жутко.

У палатки Далия нас встретил Филип.

— Ниса Эвелин, я рад, что вы живы! Но кто был в шатре?

— Моя служанка – Эмис.

— Жаль девушку, но хорошо, что не вы. Иначе всё кончилось бы куда хуже. Только когда я сказал императору, что вы живы, он сумел хоть как-то взять свою силу под контроль.

Я никогда раньше не видела Филипа столь говорливым. Похоже, он действительно волновался и сейчас испытывал облегчение, воочию убедившись, что я жива.

— Заходите, ниса, – приглашающе откинул он полог шатра. – Пусть и цезз успокоится.

Я скользнула внутрь. После яркого света снаружи в шатре мне показалось темно, и я не сразу заметила лежащего на брошенных на пол шкурах Дамиана.

— Ты ранен? – другого объяснения тому, что он лежит здесь, а не командует своей гвардией, я не видела.

Дамиан открыл глаза, и по их мерцанию стало ясно, как он неспокоен.

— Ты жива. Филип не солгал.

Я прошла и опустилась на шкуры рядом с ним.

— Ты не ответил – ты ранен?

— Нет. Тебе лучше уйти.

— Почему? Что случилось?

— Я убил их всех. Эти смерти усилили мой дар. Мне нужно время теперь, чтобы подчинить силу Древней крови. Тебе может быть опасно рядом со мной.

Я вспомнила, как Дамиан напивался после прошлого сражения, когда погибло много людей. Раньше я считала императора Дагрониса бесчувственным и жестоким, а теперь знала, что ему тоже бывает тяжело. Я не понимала, что он чувствует сейчас, но оставлять его одного считала неправильным.

— Не верю, что ты можешь причинить мне вред. Если хочешь, я попробую помочь тебе успокоиться с помощью своей магии. Как Питеру. Это совсем лёгкое воздействие. Оно быстро развеивается и не ведёт к привязке.

Губы Дамиана дрогнули в кривой ухмылке:

— Мне, похоже, уже поздно бояться привязки. Хорошо, попробуй.

Получив разрешение, я прикоснулась к его руке и направила лёгкую волну тепла и покоя. И почувствовала, как тёмная сила Дамиана жадно качнулась в мою сторону. Император отдёрнул руку. Я отшатнулась. Показалось вдруг, что его темнота поглотит меня. Но нет. Стоило отозвать свою магию, и я перестала чувствовать его силу.

Глаза императора засветились ярче, а потом погасли. Сейчас, в полумраке шатра, я не могла разглядеть их цвет.

— Вы сердитесь? – невольно вернулась я к прежнему почтительному тону.

— Нет. Не сержусь. Но это было... странно. Моя сила отозвалась на твою. Я не причинил тебе вред?