Книга Неидеальный спор, страница 7 – Саша Керн

— Отлично, Томсон, спасибо, что подсказал. А то не знаю, что бы делал без этой информации, – посмеивался Гарик. – Слушай, а может, тебе перепихнуться пора, чтобы вся эта дурь наконец перестала разъедать тебе мозги?

Томсон вытаращил свои щенячьи глаза, пару раз моргнул и опустил голову. Кажется, он сильно покраснел.

— Отстань от него, – буркнул я, прикуривая очередную сигарету. Да, курить – это плохо и всё такое, но авторитет в школе – это всё. Так что здесь я именно такой.

— Перепихнись лучше сам, а то у тебя, кроме этого, в голове вообще ничего нет, – осадил я Гарика.

Томсон усмехнулся, ковыряя кроссовкой асфальт.

— Да пошёл ты, – ответил Гарик.

Вообще-то, его звали Григорий Саркисян, и он был помешан на девушках и своей модной причёске. Очень гордился своим отцом – обладателем мягкого парламентского кресла и бизнеса, оформленного на всю его многочисленную родню. Я любил Гарика, с которым можно было забыть обо всём и тусить ночь напролёт, потому что у кого-нибудь из его родни обязательно был входной билетик во все клубы города.

— Слушай, брат, – позвал я Гарика.

Друг уже отвернулся и смотрел на здание школы, поправляя то свою причёску, то новый школьный пиджак.

— Что?

— Где ты хочешь устроить вечеринку?

— Не знаю, – уклончиво ответил он.

Я хотел напомнить, что у всех родители дома, так что ничего безбашенного мы всё равно организовать не сможем, но тут на меня налетел кто-то сзади, и я не успел ничего сказать, пытаясь удержаться на ногах.

Милка запрыгнула мне на спину, оседлав, как осла, и оглушила своим:

— Приве-е-ет!

Я отбросил недокуренную сигарету, и Томсон затушил её кроссовкой, что-то пробурчав про то, что курить – здоровью вредить, а не тушить окурки – вредить окружающей среде. Девушка у меня на спине коснулась щекой моей кожи и поцеловала в шею.

— Изи, изи… – попытался угомонить её я, разворачиваясь в кольце обнимающих меня рук.

В тот момент меня переполняли тёплые чувства к друзьям – такое часто ощущаешь после летних каникул, когда долго никого не видел и хочется обнять всех сразу. Я улыбнулся Милке, и она спрыгнула.

Почему-то я запомнил тот осенний день – солнечный, немного влажный, с запахом осени и чувством чего-то нового впереди. Меня окружали друзья, с которыми мы бок о бок шли почти все одиннадцать лет. Последний год в школе, дальше – взрослая жизнь и никаких запретов. Наверное, так думает каждый типичный школьник, но что поделать: так и есть. Все мы думаем именно об этом, а не о том, что ЕГЭ может испортить все эти «очучения».

— Скучал по мне? – искренне поинтересовалась Милка.

— Конечно, – так же честно ответил я.

— Ой, ладно. Даже и не вспоминал, наверное. Французская Ривьера скучать не давала наверняка.

Единственная девушка в нашей компании шустро хлопнула меня по спине и вытащила из кармана пачку сигарет.

В общем, всё было как обычно. Жека задирал сестру, Гарик – Томсона, я пытался веселить всех, на том и держались. Наверное, именно в этот момент, а может быть, позже (думаю, никто конкретно не может вспомнить эти переломные моменты или ощущение чего-то нового, необычного, того, что вот-вот должно произойти с нами) это и случилось.

— Эй, смотрите, – неожиданно позвал Гарик, когда мы в очередной раз над чем-то глумились.

Выворачиваясь из Милкиного нежного захвата, я успел только обратить внимание на стройные ноги, вышагивающие по асфальту, обновлённому к первому сентября. И портфель нашей англичанки рядом с ними. Точнее, можно было сказать «моей англичанки», потому что весь прошлый год я занимался с ней индивидуально несколько раз в неделю.