Книга Неидеальный спор, страница 114 – Саша Керн

— Но как они? Как всё это получилось?

— Так уж вышло, что они случайно поняли, что нравятся друг другу. Машка говорила, что часто видела симпатичного парня, который что-то ремонтирует по школе, потом встретила его в посёлке рядом, когда бегала в магазин. Однажды она выбежала на перемене чем-то расстроенная и наткнулась на него. Он выслушал её, а потом ещё и ещё не раз. Иногда просто нужен человек, который тебя понимает, так она сказала тогда.

— Но где же они?..

— Я не знаю. Но они долго встречались, используя то Матвея, то меня для прикрытия. Только, если я всё понимал, Репин понимать отказывался. Он очень сильно злился, ревновал и в итоге распустил много разных сплетен о Маше.

— Но при чём здесь игра?

— Просто так вышло. Судьба, что ли. Она началась ещё когда никто ничего не знал. А потом всё зашло слишком далеко.

Никита сломал палочку от мороженого, вымещая на ней свои переживания. А мне хотелось разделить груз переживаний, забрать часть боли и вины, которую он на себя возложил.

Погода как будто менялась, вдалеке зарокотало.

— Маша просила, чтобы мы отстали, но в итоге всё вышло даже лучше. Она познакомила Матвея с родителями, те ослабили контроль, обрадовались, что у неё появился хороший парень, сын уважаемого человека. Они были рады Репину, вот только ему хотелось большего, а Маша уже была влюблена в другого. Того, о ком родителям не рассказывают.

— Но почему она промолчала? Они бы вместе нашли выход, – тихо проговорила я. – Всегда есть выход.

— Не всем родителям легко принять, что твой ребёнок не такой, как все. Вот им бы у родителей Томсона поучиться, они за него глотку перегрызут, пусть он и странный. А у Соловьёвой… Не поняли бы. Можно вообразить, что случилось бы, если бы она рассказала правду. Простой парень, беременность, школа, авторитет семьи, этические нормы, правила… Подумай сама.

— Это страшно, когда ты не знаешь, как поступить и у тебя нет поддержки, – пробормотала я.

На глаза навернулись слёзы. Как можно не принять своего ребёнка за то, что он всего лишь не такой, как все, и поступил не так?

— В этой ситуации страдали все. Маша, которая не находила поддержки. Акмал, которого после того, как его дядя, с которым они вместе работали, всё узнал, отправили на другую работу, в противоположный конец города. Матвей, который просто помешался на Соловьёвой и не понимал, что происходит, почему она вдруг его динамит. Дошло до того, что он меня просил не общаться с ней, бросить игру, хотя уже давно никто не играл. Я просто хотел её защитить и как-то помочь.

— Он их видел. Матвей рассказал мне это, но я не поняла тогда, – взглянув на Никиту, поделилась я. – Я думала, это тебя он с ней увидел.

— Нет. Теперь ты знаешь. Я пытался скрыть это от него, боялся сделать другу больно, хотел сохранить секрет, как просили Маша и Акмал. Но тайное, как известно, всегда становится явным. Репин их увидел и пришёл в ярость. Избил парня, а потом разыграл сцену в школе перед Машей, передо мной. Дружбе пришёл конец, потому что я не предупредил его, не рассказал, выставил дураком. И если унижать меня возможности не было, то издеваться над ней у него отлично получалось чужими руками.

— Но ведь ты хотел как лучше, – вступилась я.

Вдруг потемнело, огромная туча заслонила собой солнце.