Онлайн книга «Соседи. Книга 2»
|
Ох и бабушка… Коньяк развязал баб Нюре язык. Глаза ее заблестели водой, рюмка в руке задрожала, и алкоголь расплескался на скатерть. Зажмурившись, она опрокинула в себя остатки, утерла веки тыльной стороной кисти и уставилась на Егора, сокрушенно качая головой. Все ее мысли лежали сейчас перед ним как на ладони. Жалела его сейчас душа ее сердобольная, пусть и знала она, что этого нельзя. Что он жалости не переносит. — Хватит вам уже, наверное, баб Нюр, а то организм ваш вам спасибо не скажет, – пробормотал Егор, забирая бутылку со стола. С собой унесет, просто чтобы тут не оставлять, а то кто ж знает, что еще этой бабушке может в голову взбрести в его отсутствие. – Не переживайте вы так, у меня все прекрасно. Сами же видите. — Вижу-вижу, – закивала она в охотку. – Хоть на старости лет за тебя порадуюсь. А то все один-одинешенек, как перст. Как ветер в поле. Сердце кровью обливается. — Не надо кровью обливаться, баб Нюр, – Егор уже пожалел, что задал свой вопрос, вон ведь как разволновалась. Сейчас же реально давление бахнет и скорую, чего доброго, придется вызывать. – Поберегите себя. Все хорошо, – поднялся он со стула, намереваясь сворачиваться от греха. – Я, наверное, пойду. И вы отдыхайте. — Да я-то что? – искренне удивилась она. – Целыми днями только и отдыхаю, чем мне еще заниматься? Телевизор да лавочка. Нахмурившись, Егор пристально уставился на баб Нюру. В голову стрельнула идея: не купить ли ей палки для спортивной ходьбы? Все-таки движение – это жизнь. Это здоровье. «Телевизор да лавочка» продлить лета вряд ли помогут. А вот прогулки по окрестностям – возможно. Хотя в ее уважаемом возрасте, может, и впрямь уже не до прогулок. — Напомните, на завтра у вас записи есть? – уточнил он, забирая со стола ополовиненную бутылку. — Нет, Егорушка, теперь через неделю токмо. Ты не обижайся на меня, я ж не со зла. Радела я всегда за твою семью, – запричитала она вдруг. – Знаешь же, что всегда можешь ко мне прийти, если вдруг что… «Ну приехали… Четвертая явно стала лишней». — Знаю, баб Нюр. За что мне на вас обижаться, о чем вообще речь? Я очень вам благодарен. Только вы распереживались что-то сильно, а это мне не нравится. Еще и выпили. Так что лучше ложитесь. Звоните, если что. — Иди-иди, за меня не волнуйся. Я крепкая, что мне станется? «Кто вас, бабушек, знает…» * * * 21:30. Кому: Уля: Я дома, все окей. Корж свил гнездо в носках. Кажется, кому-то пора напомнить правила приличий =) Сейчас туда-сюда – и спать. Ну, спать не спать, а как еще убедить Ульяну, что пора отложить телефон, Егор не имел понятия. Окошко мессенджера уведомляло, что она заходила в сеть пять минут назад. В 21:25 по Москве, в полседьмого утра следующего дня по Петропавловску-Камчатскому. 21:31. От кого: Уля: Ладно:) Тогда спокойной ночи. Осталось три дня, я их считаю:) «Я тоже…» 21:31. Кому: Уля: Быстро пролетят =) Несколько минут – и обнаружил себя у стеллажа с винилом: душа по-прежнему требовала исполнить желаемое с раннего утра. Глаза быстро нашли, а пальцы уверенно поддели и вытащили из плотного ряда разноцветных картонных корешков нужный. Взгляд заскользил по потрепанному временем полосатому зелено-черному конверту. «Министерство культуры СССР». «Всесоюзная фирма грампластинок „Мелодия“». Virgin. «Апрелевский ордена Ленина завод грампластинок». Артикул 11-5, цена 3 руб. 50 коп. Manufactured under license of BMG Ariola Munchen GmbH. Запись 1985 года. Сторона 1: «В ночной духоте», «На блюдечке», «Малышка», «Ты и я». Сторона 2: «(Я никогда не буду) Мария Магдалена», «Сердцебиение», «Сестры и братья», «Передумай». |