Онлайн книга «Соседи. Книга 2»
|
«Что ж теперь?..» Все равно рядом. Даже на расстоянии почти в семь тысяч километров он чувствовал ее присутствие. И сдавалось ему, день прошел на удивление спокойно только благодаря этому не покидающему его ни на минуту ощущению. Еще чуть-чуть, и обнимет. И… Все-е-е… К черту такие эксперименты. — Привет Ульяше передавай, – пользуясь его замешательством и опрокидывая в себя коньяк, выдохнула баб Нюра. – Сколько же у них там сейчас? Ох и бабушка… Глаз да глаз за ней нужен! На секундочку буквально отвлекся! — Много, – пробормотал Егор растерянно. – Я в такое время раньше уже вставал. Баб Нюр, вам не хватит, а? Это третья. Подумайте о давлении. — Волнуется за тебя… – отмахиваясь от призывов проявить благоразумие, понимающе закивала баб Нюра. – Вот и не спится. — Нет причины, – вскинул он брови, в глубине души прекрасно понимая, о чем она толкует. В голову закралось подозрение, что его женщин никогда не удастся убедить в обратном. Даже Анька и та объявилась сегодня в мессенджере с предложением потусить вечерком. Чтобы Аня, да вдруг потусить… Нет, если есть повод – она готова, но повод должен быть действительно веским. Раньше Анька куда легче снималась с якоря, однако с появлением собственной семьи ее приоритеты окончательно сформировались. И, пожалуй, вот теперь Егор смог действительно ее понять. И баб Нюра не просто так позвала. Чтобы помянуть, компания не нужна, ей просто не хотелось оставлять его в одиночестве. Каждый год зовет, но прийти Егор согласился впервые. Отчего-то не смог отказать. 20:33. Кому: Уля: Баб Нюра передает тебе привет =) 20:34. От кого: Уля: Ой, и ей тоже, раз так:) — И вам привет, баб Нюр… — Спасибо! – расцвела адресат привета. А в следующую секунду уже с ребяческим безрассудством наливала себе четвертую стопку, и неодобрительный взгляд Егора ни капельки ее не смущал. – Все же мать твоя была святой женщиной. Век помнить буду. Такая добрая… Все так близко к сердцу всегда… Светлее человека в жизни не встречала. «Я тоже…» — Помню, как первый раз ко мне насчет Ульяши прибежала, – пустилась в воспоминания баб Нюра. – Говорит: «Хочу Надю попросить, но боюсь, что откажет. Уля совсем малышка, побоится ведь Егору нашему доверить…» И смотрит так внимательно-внимательно на реакцию мою, а в глазах уже вера плещется. Насилу убедила ее, что овчинка и впрямь выделки стоит и что дрейфить не надо. Все мать твоя боялась всем какие-то неудобства причинить, побеспокоить просьбой лишний раз. А потом как-то раз прибежала, глаза горят, говорит: «Анна Григорьевна, а ведь получилось, согласилась Надя! Егор, конечно, в полном „восторге“, но ничего, привыкнет. Может, и выйдет из этого толк». Егор усмехнулся и склонил голову к плечу, вглядываясь в смеющиеся поблекшие глаза той, кто незримо стояла за маминой спиной и во всем ее поддерживала. Да уж, помнит он свои «восторги»: поначалу попытки подсунуть ему соседскую мелюзгу на «повозиться» не вызывали внутри ничего, кроме раздражения и молчаливого протеста. Наверное, в такие моменты все было написано на его лице, потому что мама, видя раз от раза вытягивающуюся физиономию, смеялась и говорила: «Нет, ну гляньте на него! Надулся как мышь на крупу! Однажды, Егор, ты нам за это спасибо скажешь. Вот увидишь». Про «спасибо» он мимо ушей пропускал, однако всерьез перечить маме, выталкивающей его за дверь со словами: «Иди-иди, забери сегодня ты из сада, у меня ужин на плите», язык не повернулся ни разу. «И погуляй с Ульяной во дворе, погода хорошая! Раньше чем через час не приходите!» – доносилось уже в спину. |