Книга Мания Изотова, страница 49 – Настасья Карпинская

— Что вы тут делаете?

— Поговорить надо.

— Вера Леонидовна, вот вы вообще не вовремя. Давайте вечером в «Золотом льве» или «Пантере». А?

— Мне сейчас надо.

— По поводу взрывов у меня нет никакой информации, кроме приблизительного объема заложенного тротила. Вам это ничем не поможет.

— Мне совет по ЧОПу нужен. Наших на днях всех закрыли.

Синицын, поежившись, посмотрел по сторонам.

— Пошлите в отдел, погодка сегодня не радует. Если спросят, то скажете, вас повесткой вызвали.

— Все как обычно, — я оттолкнулась от капота и пошла за ним.

Стоило войти в кабинет, как тут же взглядом встретилась с Алексеем. Угрюмый, мрачный он сидел за столом, роясь в бумагах. За тем самым столом… и по телу тут же рассы́палась горячая дрожь. Молча кивнул в знак приветствия, и глаза к бумагам опустил.

— Вера Леонидовна, — снова начал Синицын, — я вам уже сказал, по взрыву никакой информации у нас нет, когда мы приехали, то ваши люди уже посрывали все камеры.

— С этим все понятно, ты мне по ЧОПу скажи, что сделать, чтоб к нам больше не совались, — я присела на край стола, стараясь не смотреть на Алексея.

— Синица! Синицын, мать твою! — громкий мужской голос раздался басом в коридоре.

— Да блин. Минуту, — произнес Валерка, быстрыми шагами пересек кабинет и вышел за дверь. А я обернулась к Изотову.

— Привет, — улыбнулась, а он поднял взгляд и прищурился.

— По ЧОПу приведи все норму, чтоб парни чистые работали, и левых стволов не было. Дернуть все равно будут пытаться, но чем меньше поводов, тем больше шансов удержаться на плаву. Других советов нет и не будет.

Пока он говорил, я достала из кармана ключи, подошла ближе и положила их на стол перед ним.

— Улица Весны, 6, квартира 16. Там никого. Давно стоит пустая. От матери осталась. Туманова отпустили, и мне тяжело вырваться. Но по четвергам я в салон езжу на маникюр, и…

— Зачем? — припечатал, не сводя с меня взгляда. Пробирающего, словно все внутренности осматривал под микроскопом.

— Черт, — я в каком-то бессилии закатила глаза и покачала головой. – Ну не умею я, Изотов мужиков очаровывать, флиртовать не умею, глазки строить, нет у меня опыта такого. Не нравлюсь, так и скажи, не хочешь приходить, боишься, да без проблем, поняла, отстала.

Раздражение едким сиропом по капле начало затапливать разум.

Сунула в карманы пальто подрагивающие руки и отвернулась от него, собираясь уйти, но успела сделать лишь шаг, он поднялся и резко дернул меня на себя, жадно впиваясь в губы. И мир сделал кульбит. Ответила. Обхватив его руками и почти повиснув на его сильных плечах. Одно касание, а у меня внутри уже, казалось, стекла бились, и адреналин потек по жилам, лишая воздуха. Его зубы осторожно прошлись по моей губе, потянули, и по телу разлилась новая волна жара, и из груди вырвался стон. В любой момент могла открыться дверь кабинета, нас могли увидеть, могли слить Туманову. Я действительно совсем выжила из ума, и самое плохое во всем этом, что мне это нравилось.

Изотов чуть отстранился, тяжело и часто дыша, как и я.

— Иди.

Вместо ответа я снова прильнула к его губам, а потом шагнула, выходя из кольца его рук, словно насилу отрывая себя от него. В дверях столкнулась с Валеркой.

— Все решили, Вера Леонидовна?

— Да. Спасибо. Будь на связи.

Он кивнул, а я пошла на выход, чувствуя, как в висках бешено бьется пульс и заходится сердце.