Книга Ненавидь меня нежно, страница 93 – Морана Ран

Клим не стал ждать. Он развернул меня лицом к себе резко, и прижал к мокрой стеклянной стене спиной. Вода стекала по нашим телам, горячая, почти обжигающая. Его губы нашли мои жадно, грубо, без всякой нежности. Язык ворвался в рот, требуя, захватывая, как будто хотел вылизать каждую клеточку. Зубы прикусили мою нижнюю губу сильно, до лёгкой боли, и я застонала ему в рот, впиваясь ногтями в его плечи.

Его рука скользнула вниз между моих ног, пальцы грубо раздвинули меня, большой палец лёг на клитор и надавил резко, без предупреждения. Я выгнулась, вцепившись в его волосы.

— Уже мокрая, — он усмехнулся мне в шею, зубы впились в кожу чуть ниже уха. — Течёшь, как будто ждала меня весь вечер. Хорошая девочка.

Он ввёл два пальца резко, глубоко, без всякой подготовки. Я вскрикнула, от неожиданности, от полноты, от того, как он сразу нашёл ту точку внутри, от которой у меня подкашивались ноги. Он двигал ими быстро, жёстко, сгибая, надавливая, выкручивая, каждый толчок сопровождался низким рычанием у меня на шее.

— Чувствуешь, как я тебя растягиваю? — прошептал он хрипло, добавляя третий палец. — Скоро будет мой член.

Я стонала громко, не сдерживаясь, звук отражался от стен и стекла. Он сжал мою грудь свободной рукой грубо, сильно, сосок между пальцами, потом наклонился и взял в рот, прикусил зубами, потянул, посасывая так жадно, что я почувствовала, как волна удовольствия поднимается от низа живота к горлу.

— Кусай сильнее, — выдохнула я, сама не узнавая свой голос.

Он поднял голову, глаза дикие, зрачки огромные.

— Просишь? — он усмехнулся хищно.

Зубы впились в сосок, больно, сладко, до дрожи. Одновременно он ускорил движения пальцев быстрее, глубже, большим пальцем растирая клитор резкими кругами. Я чувствовала, как всё внутри сжимается, как тело дрожит, как ноги перестают держать.

— Кончай, — приказал он, голос низкий, властный.

Я кончила резко, ярко, с криком, который он заглушил поцелуем. Тело содрогнулось, ноги подкосились, но он держал меня крепко, не давая упасть. Пальцы продолжали двигаться, медленно, выжимая последние спазмы, пока я не обмякла в его руках.

Он вынул пальцы медленно, мучительно медленно. Поднёс их к моим губам.

— Попробуй себя, — приказал он хрипло. — Узнай, как ты течёшь, когда я тебя трахаю пальцами.

Я обхватила его пальцы губами медленно, облизывая каждый. Он тихо застонал низко, почти болезненно. Его член дёрнулся у моего живота горячий, твёрдый, мокрый.

— Хорошая девочка, — прорычал он.

Клим не стал ждать, пока я отдышусь. Он вытащил пальцы из моего рта, с влажным звуком, который эхом отразился в парной тишине. Его глаза всё ещё горели дикие, голодные, почти звериные.

Он наклонился к полочке с гелями и шампунями, взял флакон с гелем для душа, чёрный, с тяжёлым древесным ароматом, который всегда оставался на его коже. Выдавил густую порцию на ладонь, растер между руками, и только тогда коснулся меня.

Его ладони легли мне на плечи горячие, скользкие от пены. Он начал медленно, почти ритуально, размазывал гель по коже, круговыми движениями, спускаясь к лопаткам, к позвоночнику, к пояснице. Пальцы были сильными, уверенными, но не грубыми, он массировал мышцы, разминал напряжение, которое накопилось за весь вечер. Я почувствовала, как плечи расслабляются под его руками, как тело тяжелеет, отдаётся.