Книга Винсент Иванович, страница 81 – Алим Тыналин, Денис Нижегородцев

Босс ушел. А я почувствовал, как по спине стекла огромная капля пота.

Что это сейчас было? Я спас свою жизнь? Или подписал новый смертный приговор?

Придется ведь в самом деле стать двойным агентом и сыграть в эту новую опасную игру. Либо погибнуть. Иного выхода не просматривалось.

— Когда он приступает? — спросил Толстяк.

— Завтра, — буднично ответил андербосс Мастанджело.

И тоже ушел, вслед за Малышом. А потом и Толстяк. И Гальярдо.

Начали расходиться уже и бандиты помельче. Меня наконец опустили на пол. Бугаи, которых посылали за деньгами в мою квартиру и которые наверняка их и сперли, ухмылялись, отпуская едкие комментарии. Один из них оттолкнул меня в сторону:

— Ну что, Иуда, повезло тебе. В этот раз.

В первый раз я промолчал.

— Но мы за тобой присмотрим! — заржал второй. Но такой же шкафоподобный.

Во второй раз я тоже ничего не сказал. Только кое-как встал с пола. И посмотрел ему прямо в глаза.

— Глянь-ка, у ушибленного остались вопросы, — искренне удивился солдат и кивнул на меня напарнику.

Нет, не вопросы. Скорее предложение. И даже не предложение, но ультиматум.

— А теперь верните мои деньги. 60 тысяч долларов, которые вы взяли из коробки из‑под утюга, — сказал я.

— Чего⁈ — один из громил всплеснул руками. — Да ты в своем уме, Руссо?

— Не-а. Не зря его теперь называют Мозгоправом! — поддакнул второй. — Мозги совсем набекрень!

— Никаких денег мы в глаза не видели, Винни! Иди, проспись лучше. И в следующий раз не разбрасывайся такими суммами, это ведь не шутки! — зря он так со мной.

— Видели. — Я сделал шаг вперед, постепенно восстанавливая функции тела. Да и голос с каждой фразой звучал все тверже. — И если не вернете сейчас, я расскажу дону Альдо, что вы присвоили деньги «семьи». Посмотрим, как он на это посмотрит. И кому помочится на голову следующим…

Верзилы переглянулись. Неужели этот Винни, этот недавний живой труп, смеет с ними так разговаривать⁈

А я ведь давал им шанс. У них были все возможности вести себя умнее. Или хотя бы спастись бегством. Ну, пеняйте на себя!

А дальше… как в «Рокки». 78-й год? Вроде бы его уже сняли. Сначала нокдаун и даже полный нокаут. Но потом избитый и проигравший по всем статьям боец, Рокки Бальбоа, неожиданно находит в себе какие-то внутренние резервы, новые силы, которых в нем даже невозможно было вообразить. Бросается на соперника. И побеждает его.

Мне уже было не важно, кто стоит передо мной. Сколько их. Какого они роста и телосложения. Кто из них взял большую часть моих денег, а кто меньшую. Поделили ли они сумму по-братски.

Я просто взял и «выбил из них все дерьмо», как говорят в Америке. Это было что-то невероятное. С точки зрения физики я явно проигрывал этим двоим и даже каждому по отдельности. Но было и нечто большее.

Кажется, я напугал их «до усрачки»! Как опять же говорят головорези Пистолоцци. Помимо того, что измочалил в кровь их лица. Перебил им руки и ноги. И нанес другие тяжелые увечья.

Конечно, психолог и отличник, в школе и институте, испытывал испанский стыд за меня. Но даже интеллигентный петербуржец знал, что у человека в моем положении рано или поздно «снесет крышку». Как у скороварки. Это было неизбежно. Нельзя так долго держать все в себе. Но и повторять то, чем я сейчас занимался, тоже не нужно!