Книга Винсент Иванович, страница 78 – Алим Тыналин, Денис Нижегородцев

Откровенно говоря, психолога Геннадия Рябова в этот момент чуть не стошнило. Мы все, я имею в виду всех психотерапевтов, ненавидим, когда о человеке, находящемся рядом, говорят в третьем лице: он, она, они. Это унижает.

— ОН покрутился, — тем не менее выдавил я из себя.

А еще?

А еще он делал ставки. И спустил за ночь все, что у него было.

— Это запрещено? — попытался съязвить я.

— Это не было его задачей, — пояснил Нино.

Я хотел еще что-то возразить. Но амбалы ударили под дых. Он или я все еще висел у них на руках, разбитый и слабый, несмотря даже на атлетическое телосложение Ла Руссо.

Следом очередь дошла до Толстяка. Капо, неофициально стоявший на ступеньку выше Гальярди.

— Винни попил крови у нас всех, много крови, — прорычал он. — И все помнят последнюю каплю, когда он профукал «Дон Страпон». Пора что-то решать с парнем, — что прозвучало примерно как «пора его кончать».

Я снова попытался возразить. Но пара-тройка ощутимых ударов вправили мне мозги.

Наконец босс дал слово моему напарнику. Джорджи снова был пьян. Его попытались привести в сознание, как-то растеребить. Но он все равно еле ворочал языком, понять ничего было нельзя. Возможно, Джорджи лишь прикрывался пьянством, чтобы совсем уж откровенно не сдавать напарника.

— Следил ли он за своим «подопечным»? — спросил кто-то из старших, кивнув на моего товарища.

Так вот кому все время телефонировал Джорджи! Наблюдая за мной и докладывал «наверх».

— Следил, — ответил за него кто-то из средних.

— И чего⁈ — дон начал терять терпение.

— Винни работает на Феррара… — ответил кто-то.

Бог ты мой! А это уже ни в какие ворота не лезет! Ни на кого я не работаю!

— Я не предатель!

Но меня снова заткнули.

И Джорджи только что-то промычал.

— А кто стрелял в Ла Руссо? — спросил дон между делом.

— Тоже Феррара, — ответили за пьяного Джорджи. — Когда поняли, что их человека раскрыли. Стали делать вид, что он — не их человек!

Умно. Я даже усмехнулся опухшими губами.

Кто‑то вспомнил и про Тони, владельца бара «У Тони», загремевшего на днях за решетку. Сейчас на меня вообще всех собак повесят! А я даже не удивлюсь.

— Тони замели легавые, хотя у него сейчас честный бизнес, — пояснил Толстяк. — И аккурат после того, как к нему пришел Винни. Все просто и прозрачно. Он работает и на наших конкурентов. Феррара. И — через них — на полицию.

Я был уже не в силах ни с кем разговаривать. Накачанные парни с дурацкими прическами из боевиков 70-х мутузили тело бедного Винни и затыкали ему рот. В очередной раз все было против него и меня.

По законам мафии, я уже заработал на пожизненное. А скорее даже на смертную казнь. Причем без суда, апелляций и пересмотров. Эти ребята привыкли мгновенно приводить приговоры в исполнение.

Наконец — тяжелая артиллерия. Дон Альдо. Человек с детским лицом и писклявым голосом. Последнее слово должно быть за ним. Говорят, любит творить всякую дичь. Сейчас самое время доказать это, если это действительно так.

Босс встал из-за стола. Подошел ко мне. Близко. Очень близко. Ничего не говоря, расстегнул ширинку брюк. Достал свое небольшое хозяйство. И как ни в чем ни бывало… под монотонный гул вентилятора… решил помочиться на мою голову!

Что бы сказал обычный психолог на стандартном приеме? Нужно договариваться? Решать все конфликты миром? Терпеть? Принимать то, что не можешь изменить?