Книга Винсент Иванович, страница 1 – Алим Тыналин, Денис Нижегородцев

Игорь Ковалев сидел передо мной, сжимая подлокотники кресла так, словно готовился к взлету на реактивном лайнере. Костяшки побелели. Челюсть ходила ходуном. Классический случай подавляемой агрессии с вероятностью выброса процентов под девяносто.

Я сделал пометку в блокноте, не потому, что нужно, а потому, что некоторые клиенты любят, когда психолог что-то записывает. Создает иллюзию, что их проблемы достойны документирования. Хотя на самом деле я нарисовал очередную сову. У меня получались отличные совы.

— Геннадий Иванович, — жена Ковалева, Надежда Юрьевна, теребила кружевной платочек, который явно купила специально для нашего сеанса. — Может, хватит на сегодня? Игорь устал, он весь день работал…

— Я не устал! — рявкнул Игорь, и я мысленно повысил вероятность выброса до девяноста пяти процентов. — Я просто не понимаю, на кой черт мы сюда ходим! Три месяца уже! А толку ноль!

За окном моего кабинета садилось мартовское солнце, окрашивая Петроградскую сторону в оттенки старого золота. Я любил этот вид, он напоминал мне, что где-то там, за стенами этого кабинета, существует прекрасный мир, а я застрял здесь с очередной парой, которая через полгода все равно разведется. Статистика штука упрямая.

Впрочем, они мне платили. Хорошо платили. Достаточно, чтобы я мог снимать хорошую квартиру в историческом центре и делать вид, что моя работа имеет смысл.

— Игорь Владимирович, — я снял очки и протер их краем свитера. Это всегда помогало выиграть несколько секунд на обдумывание. — Давайте вернемся к тому моменту, когда вы упомянули секретаршу. Светлана, кажется?..

Надежда Юрьевна всхлипнула. Игорь покраснел, я видел, как краснота поднимается от воротника рубашки к вискам. Забавно наблюдать за физиологией эмоций, когда сам находишься в безопасности за массивным письменным столом красного дерева. Этот стол мне достался от деда, профессора филологии. Дед умел выбирать мебель, солидную, внушительную, способную даже пережить своего владельца.

— Какая, на хрен, Светлана⁈ — Игорь вскочил с кресла. Метр восемьдесят пять, вес килограммов сто двадцать, руки как у грузчика. Я сглотнул. — Вы что, издеваетесь⁈

— Игорь, присядьте, — я старался сохранять спокойный тон. Самое главное в такие моменты не показывать страха. Они чувствуют страх, как собаки. Хотя нет, общество собаки в таких случаях даже поприятнее. — Мы здесь для того, чтобы…

— Я знаю, для чего мы здесь! — он шагнул к столу, и я инстинктивно откинулся на спинку стула. Вот оно. Девяносто пять процентов в действии. — Чтобы ты, умник в очочках, копался в моей жизни! Чтобы моя жена слушала весь этот бред про «подавленные чувства» и «травмы детства»!

— Игорь, пожалуйста… — Надежда попыталась встать, но он резко обернулся к ней.

— Сиди! Я еще не закончил!

Я оценил расстояние до двери. Метров пять. Игорь стоял как раз посередине. У меня не было ни единого шанса. Сорок восемь лет, третий разряд по шахматам, последний раз бегал на физкультуре в университете. А Игорь — мужик, который явно умел применять силу. Я видел это по тому, как он двигался, уверенно, резко, привычно к конфликтам.

— Игорь Владимирович, — я попробовал еще раз, сложив руки на столе. Дед говорил, что открытые ладони успокаивают. Хотя дед вряд ли имел много дел с разъяренными качками. — Давайте сделаем перерыв. Выпьете воды, или, может быть, чай, кофе?..