Книга Миссия в Сараево, страница 83 – Алим Тыналин

— Так точно.

— Доложите мне через три дня. Все, что узнаете. Каждую мелочь.

Танкович кивнул, повернулся и вышел из кабинета. Шаги его удалялись по коридору, потом хлопнула входная дверь.

Мы остались вдвоем. Дмитриевич снова сел за стол, взял письмо, еще раз перечитал. Сложил, положил в ящик стола, запер на ключ.

— Соколов, вы хорошо сделали, что принесли это, — сказал он, глядя на меня тем же непроницаемым взглядом. — Предательство худшее, что может случиться с конспиративной организацией.

— Понимаю, господин полковник.

— Но запомните, никому ни слова. Если слух об этом письме распространится, начнется паника. Люди будут подозревать друг друга, дело развалится.

— Понятно, господин полковник.

— Можете идти. Я свяжусь с вами, когда понадобится.

Я встал, поклонился и вышел из кабинета. Помощник проводил меня до двери. На улице я глубоко вдохнул свежий воздух. Солнце клонилось к закату, бросая длинные тени на мостовую.

Дело сделано. Психологический доклад посеял сомнения в надежности боевиков. Поддельное письмо вызвало панику, подозрения в предательстве. Теперь Дмитриевич будет проверять каждого, сомневаться в каждом. А я получил время для третьего, решающего удара.

Улица Князя Михаила в полдень кипела жизнью. Торговцы выкрикивали цены, покупатели торговались, извозчики покрикивали на лошадей.

Я шел медленно, разглядывая вывески. Дом семнадцать оказался трехэтажным зданием с облупившейся желтой штукатуркой. На втором этаже висела вывеска: «Милан и сыновья. Ткани».

Я поднялся по узкой лестнице. Дверь магазина открыта. Внутри пахло новой тканью и нафталином. Вдоль стен тянулись стеллажи с рулонами материи, от грубого сукна до тонкого шелка.

За прилавком сидел мужчина лет пятидесяти, полный, с аккуратно подстриженной бородкой. Он разглядывал счета через пенсне.

— Добрый день, — я прикрыл за собой дверь. — Ищу качественный шелк. Слышал, у вас хороший выбор.

Милош, а это был несомненно он, поднял глаза. Взгляд острый, оценивающий. Тот самый информатор с выходом на австрийскую разведку, о котором говорил Артамонов.

— Шелк есть разный, — сказал он, откладывая бумаги. — Что именно интересует?

— Шелк из Солуна нынче дорог, — произнес я кодовую фразу, глядя ему в глаза.

Милош замер на мгновение. Потом медленно кивнул.

— Дорог, — согласился он. — Но качество того стоит. — Он встал, подошел к двери, перевернул табличку на «Закрыто». — Пройдемте в заднюю комнату. Там покажу лучшие образцы.

Я последовал за ним через узкий проход между стеллажами. Задняя комната оказалась маленькой и тесной, стол, два стула, сейф в углу. Милош плотно прикрыл дверь.

— Значит, от него, — сказал он, садясь. — Что нужно передать?

Я сел напротив, положив руки на стол.

— Информацию. Для австрийцев. Срочную.

— Слушаю.

Я наклонился вперед, понизив голос.

— В конце июня. Готовится покушение. Группа из шести человек, все молодые сербы, студенты и гимназисты. Они уже находятся на территории Боснии, проходят финальную подготовку. Вооружены револьверами и бомбами. План атаковать высокопоставленное лицо из империи.

Милош слушал неподвижно. Лицо его не выражало никаких эмоций, профессионал.

— Кто они? — спросил он.

— Связаны с организацией «Млада Босна» и имеют поддержку сербских националистических кругов.