Книга Баран и жемчуг, страница 99 – Ната Лакомка

Леди Маргарет слушала, и Морис видел, как менялась выражение её лица. Сначала, когда он назвал её маленьким солдатом, ей, вроде, стало даже приятно, а потом она снова сжала губы с самым непримиримым видом.

И что опять получилось не так? Но она ему тут же объяснила – что именно.

— Значит, вы согласились отпустить Арну, – сказала она напористо, – не потому, что уважили моё решение, как хозяйки этого замка, а потому что не увидели в нём вреда вашим планам?

— Не передёргивайте, леди, – Морис отпустил дверь и прислонился плечом к стене.

Леди Маргарет не сделала попытки зайти в спальню, и это внушало надежду, что можно поговорить спокойно, без злости и обвинений.

— Мы с вами сделали большое дело, – продолжал Морис тихо и доверительно, и девушка невольно прислушалась. – Хотя бы избавились от наёмника. Чтобы найти другого убийцу, вашему врагу понадобится время, так что мы получили отсрочку.

— Мы? – переспросила она, глядя на него во все глаза.

Всё-таки, как меняются строптивицы, стоит лишь вспомнить про наёмных убийц, которые приходили по их души.

— Конечно, – подтвердил Морис. – Как бы я без вашей помощи всё это провернул? И дальше рассчитываю на вашу помощь.

— Чем я могу помочь? – было видно, что леди отвлеклась от переживаний, а именно это сейчас и было нужно.

— Мне надо съездить к Дофо – забрать своего коня и вещи. Можно возьму вашу лошадь? Так будет быстрее.

— А вам никто не позволял сюда вернуться, – сказала Маргарет, глядя ему прямо в глаза.

— Как так? Вы же позволили. Иначе выставили бы меня ещё ночью.

— Там была веская причина, – возразила она.

— И эта причина осталась, – обрадовал её Морис. – Ваш главный враг всё ещё действует, а мы не знаем, кто он. Так что, леди, я буду продолжать вас защищать, пока не удостоверюсь, что вам ничего не грозит.

Она скрестила руки на груди и хмыкнула.

— Ещё раз прошу простить, что всё так получилось, – Морис посчитал нужным снова извиниться. – Я, правда, не хотел вас обижать. Но это было нужно, чтобы защитить вас.

— Защитили вы меня хорошо, – признала она, – но и хорошо потоптались по моей гордости.

— Тут я не виноват, миледи.

— Не виноват?! – она гневно вскинулась. – Может, я ещё и сама виновата, что вы лезли ко мне с поцелуями и… и не только с поцелуями?

— Я уже извинился, – сквозь зубы процедил Морис. – Давайте не будем ссориться…

— А я и не ссорюсь! Это вы не можете набраться смелости и сказать правду!

— Какую правду? – он начал раздражаться, но старался держать себя в руках.

— Что не я виновата в том, что ты – именно ты! – соблазнял меня, – выпалила она и ткнула его пальцем в грудь.

Наверное, чтобы не осталось сомнений, кто тут главный соблазнитель.

Это оказалось последней каплей, и Морис сам не заметил, как перехватил её руку, и опомнился только, когда прижал гордячку-леди к двери, придавив всем телом.

Леди сразу замолчала и затихла, как мышка, а Морис не смог удержаться – коснулся её щеки, провёл пальцами по нежной коже, так щедро позолоченной солнцем, зарылся рукой в распущенные пряди, казавшиеся почти белыми.

— Ни вы, ни я не виноваты, леди, – произнёс он хрипло, потому что голос мгновенно подвёл, стоило лишь вспомнить, какая она была горячая и податливая под его рукой там, на лугу Фиалковой низины. – Ни вы, ни я, – повторил он, – виновата ваша красота. Встретиться с вами – это как встретиться без оружия с сарацином, у которого в руке сабля. Сразу лишишься головы. Вот и я лишился, только увидев вас. И хожу теперь такой… безголовый…