Книга Баран и жемчуг, страница 85 – Ната Лакомка

— Рубертуны! – с отвращением сказал Эдвард. – И ладно бы они просто болтали – кто бы им поверил? Но после того как твой опекун устроил у них дома побоище – сразу стало ясно, что тут нечисто.

— Сразу стало ясно, что я бегала перед ними голая?

— Сплетникам только дай повод, чтобы зацепиться языком, – отрезал Эдвард, но потом великодушно смягчился: – Но я тебя ни в чём не виню.

— Вот как? Огромное спасибо, – я скрестила на груди руки, словно отгородившись от жениха.

Какой же он противный, если присмотреться. Ладно – толстый и рыхлый, но и лицо у него противное… Блестит, как намасленная лепёшка. Кажется – ткни пальцем, и палец провалится, как в тесто.

— Ты не виновата в том, что Рубертуны напали на тебя, – продолжал Эдвард, – но ты виновата, что связалась с разбойником.

— Прости, с кем? – я приподняла брови, но Эдвард опять не понял или не пожелал понимать моего тона.

— С этим варваром, которого прислал твой отец! – тут уже Эдварда понесло без остановки. – Надо было в первый же день гнать его прочь! Я сразу понял, что от рыцаря в нём – только имя. А на деле он разбойник ещё почище Рубертунов! Дикарь и невежда – вот кто он. И то, что он отомстил Рубертунам без суда и следствия – из-за этого ещё больше сплетен. Ты знаешь, что меня уже спрашивают, не растут ли у меня рога? Нет, Гутун, больше я не позволю, чтобы ты жила с ним под одной крышей. Я требую…

— Этот дикарь и невежда – единственный, кто меня защитил. Почему этого не сделал ты – мой жених? – сказала я медленно, и Эдвард замолчал, уставившись на меня.

Молчал он довольно долго, хлопая глазами и открывая и закрывая рот.

— Что я, по-твоему, должен был сделать?! – выговорил он, наконец. – Ты же знаешь, что пока я не твой муж, я не имею права вмешиваться в твои судебные разбирательства.

— Да, знаю, – кивнула я. – Какое счастье, Эдвард, что ты не мой муж и никогда им не будешь.

Вот это он сразу услышал и понял!

— Как это – не будешь? – встрепенулся он, заглядывая мне в лицо. – Ты что это говоришь такое, Гутун?

— Что слышал, – сказала я твёрдо, и всё сразу стало просто и ясно как день. – Свадьбы не будет. Я сегодня же расторгну помолвку.

— Ты не можешь… – залепетал Эдвард, разом растеряв важность и напористость. – У тебя нет причин для расторжения…

— Есть, – усмехнулась я, глядя ему в глаза. – И ты легко догадаешься – какие.

— Ты… ты… – Эдвард снова покраснел, и было видно, что его распирает.

Распирало его от злости, от обиды или ещё от чего – я не знала, но меня это и не интересовало.

— Ты изменила мне с этим разбойником?! – визгливо крикнул он.

Я посмотрела на него с презреньем и жалостью:

— И даже тут ты подумал только об этом. Не желаю оправдываться перед тобой, Эдвард. Думай что хочешь. Но моим мужем ты никогда не станешь, и не видать вам моего Сегюра. Так и передай папочке.

— Ах ты… ах ты… – он не находил слов, чтобы ответить, а потом замахнулся на меня.

Я настолько не ожидала, что он меня ударит, что даже не успела защититься. Но Эдвард вдруг опустил руку, заметив что-то за моей спиной.

Оглянувшись, я увидела, что на крыльце стоит Морис. Он просто смотрел на Эдварда, но мой бывший жених сразу сжался, как побитая собака, подхватил лошадь под уздцы и потащил её за ворота, ничего не сказав на прощание.