Книга Баран и жемчуг, страница 105 – Ната Лакомка

— Об этом уже был суд! – вскипела я. – И городской совет поддержал меня!

— Нет, миледи, не совсем так, – возразил Дофо. – Вас поддержали лишь при условии, что вы начнёте осваивать земли и что выберете себе мужа, потому что вести дела с женщиной не станет ни один уважающий себя торговец. Но вы не сделали ни того, ни другого, поэтому…

— Не сделала, потому что ваши теперешние друзья Рубертуны подпилили мост, который был уже достроен! – возмутилась я. – Не говоря уже о том, что они устроили потраву на моих лугах и режут овец под покровом ночи! А то, что я расторгла помолвку с вашим сыном, господин Даниэль, не значит, что я не собираюсь замуж!

— За кого же? – подхватил Дофо. – За своего опекуна, который, как мы подозреваем, вовсе вам не опекун?

— А вот это совсем не ваше дело, – ответила я, досадуя на сэра Барана.

Он мог всего-то согласиться! И сейчас я с чистой совестью бы сказала: да, выйду за сэра Мюфла! Вы против? Ну так возразите ему.

Но из-за твердолобости некоторых я не могла такого сказать, как не могла и назвать кандидатуру будущего мужа. Не соглашаться же, в самом деле, на сопляков-Рубертунов.

— Вы ошибаетесь, леди, – Дофо и не думал отступать. – Это, как раз, моё дело!

— Каким образом, господин Даниэль? – поинтересовалась я, лихорадочно соображая, как вести переговоры дальше и что делать, если эти люди, действительно, пойдут на приступ.

— Ваш так называемый опекун, – господин Даниэль повысил голос, чтобы все слышали, – обесчестил мою дочь, и теперь обязан жениться на ней!

— Что?! – не удержалась я, но сразу взяла себя в руки, продолжая говорить холодно и строго. – Что вы такое говорите? Не верю ни одному слову.

— Вам и не надо верить, – огрызнулся Дофо и выдернул откуда-то из толпы Анабель. – Вот, моя дочь призналась в своём позоре! Так, Анабель? Сэр Мюфла обесчестил тебя?

Я закусила губу, с содроганием ожидая, что скажет Анабель. Она обычно выглядела очень уверенно, поглядывая на всех сверху вниз, но сейчас вроде бы была смущена – очень на неё не похоже. И в самом деле – скромная девица. Она не поднимала глаз, ничего не сказала, но кивнула, подтверждая слова отца.

Мне показалось, будто мне вогнали арбалетный болт в сердце, выстрелив в упор. Дыхание перехватило, и в груди стало невыносимо больно. Наверное, так больно мне не было с тех пор, как я узнала о смерти отца.

— Когда это произошло? – только и спросила я.

— Позапрошлой ночью, – важно сказал господин Дофо. – Ваш опекун был принят нами с почётом и искренним гостеприимством, провёл ночь под нашей крышей и посмел покуситься на самое драгоценное!..

— Ночью? – переспросила я, начиная кое-что понимать, и, наконец-то, смогла дышать. – Позапрошлой ночью?

— Да, леди, – подтвердил Дофо.

— Тогда это – точно ложь, – уверенно сказала я. – Ведь позапрошлую ночь сэр Мюфла провёл… – я осеклась, потому что поняла, что мне придётся сказать «провёл в моей спальне».

Или сказать? Чтобы уже у сэра Барана не было шансов отвертеться от брака со мной? Но что если и это для него не будет причиной?

— …он был в моём замке, – нашлась я с ответом. – И спас меня от убийцы. Когда король узнает, кто подослал убийцу, заказчику придётся плохо!

Я металась взглядом по лицам Рубертунов и Дофо, но никто из них не упал в обморок, не заплакал, не начал каяться… Да даже бровью не повёл. По-моему, они мне не поверили. Или очень хорошо умели притворяться.