Книга Жемчужина дракона, страница 112 – Ната Лакомка

Это совсем не то, что тебе пришлось пережить, Магали. Совсем не то.

Но я и сама чувствовала, что близость обнаженного мужского тела не пугает меня. Это было странно, удивительно и… приятно. Я думала, что не смогу испытывать к мужской наготе ничего, кроме брезгливости. Но время и в самом деле лечит… А может, все дело в том, какой мужчина находится рядом с тобой обнаженным?..

Я вспомнила сырые казематы королевской тюрьмы, и голых хохочущих мужчин, нацеливших на меня налитые кровью члены. Мерзко, постыдно, страшно. Одуряюще страшно для шестнадцатилетней девушки, которую грубо выволокли из камеры и раздели, срывая платье и нижнюю рубашку. Усилием воли я прогнала эти воспоминания. Да, мне на собственном опыте пришлось узнать, как поступают с девицами королевские тюремщики. И хотя до насилия не дошло, мне до сих пор в кошмарных снах снились их искаженные похотью лица, больше похожие на звериные морды. Мне повезло, но кому-то в тюремных застенках повезло меньше…

— Какой прекрасный сон, — вдруг раздался голос Тристана, и мужская плоть под моим коленом дрогнула и отвердела.

— Судя по всему, вы уже не спите, — ответила я.

— Мой брат уплыл, — сказал он, не шевелясь и не открывая глаз.

— Замечательная новость, — сказала я и встала, подбирая рубашку, чтобы одеться.

— Вы не смущены, леди Изабелла? — спросил он, по-прежнему не двигаясь.

— С чего мне смущаться? — я надела рубашку и подбросила еще пару щепок в жаровню. — Вы спасли жизнь мне, хоть так я отплачу вам. Почему вы не хотели, чтобы они видели вас беспомощным? Это что-то значит? — я укрыла его покрывалом, не удержавшись и мазнув взглядом по окрепшему члену, и сразу попеняла себе за любопытство и распущенность, но раскаяния не было — вот ни капли.

В спальню ворвалась Милдрют, воинственно раздувая ноздри. Кинжал ее был в ножнах, но она все еще сжимала рукоять.

— Какие наглецы! — воскликнула она гневно.

— Но восемь человек обратились в бегство перед двумя нежными красавицами, — сказал Тристан, поворачиваясь на бок.

— Вы очнулись, — Милдрют встала на колени возле постели и взяла Тристана за руку, а я почувствовала себя лишней. — Как вы? Вам лучше?

— Немного устал, — успокаивает он ее. — Надо поесть, отдохнуть — и все пройдет. Спасибо вам обеим.

Милдрют поджала губы и с видимым усилием переборов себя, сказала:

— Она здорово придумала провести их.

— Да, — сказал Тристан вежливо, но мне почудилась скрытая насмешка. — Я потрясен. Леди Изабелла чрезвычайно изобретательна. Но лекарство, Милдрют…

— Я принесу! — она резво вскочила и убежала в сторону кухни, а я продолжала стоять у жаровни.

— Вы намучились со мной, леди Изабелла, — Тристан подложил под щеку ладонь и теперь выглядел умилительно-усталым. — Вам надо отдохнуть.

— Понимаю вашу заботу, как желание избавиться от меня и остаться наедине с Милдрют, — сказала я, не двигаясь с места.

— Вы стали такой подозрительной после прошедшей ночи? — он улыбнулся.

— О! У меня сотни вопросов, — заверила я его. — Только получу ли я на них ответы?

— Когда отдохнете, поедите и выспитесь, — ответил он. — Но я бы снова посоветовал вам позабыть обо всем и не пытаться доискаться до правды. Иногда правду узнают только перед смертью…

Милдрют, держа в руках склянку, и посмотрела на меня так выразительно, что я вышла из спальни, ни о чем больше не говоря.