Книга Дар смерти, страница 316 – Анна Трисс

— Да. И потому что… я подумала о своей матери, – призналась Панама, опустив глаза к тазу с красной и пенистой водой.

— Редко бывает так, чтобы дети с сильным характером, как у тебя, по мере взросления соответствовали идеализированному образу, созданному их родителями. Твоя мать была акушеркой, возможно, она хотела, чтобы ты продолжила ее дело. А ты бы этого хотела?

— О нет, ради всех богов! – воскликнула Панама, поморщившись от отвращения. – Я ненавидела присутствовать при родах, когда она брала меня с собой! Слушать, как громко кричат эти женщины, видеть, как они исторгают из себя плаксивых и липких младенцев, было настоящим испытанием. Мне приходилось мыть новорожденных, это было противно. Они были такие уродливые со своей сморщенной розовой кожей, покрытой коркой.

Жнец саркастически улыбнулся. Панама вздохнула.

— Но Талия… Она была увлечена своей работой. Она сражалась как волчица, чтобы попытаться спасти матерей, у которых было сильное кровотечение, и младенцев, которые не дышали в первые секунды жизни. Когда мы возвращались домой после неудачных родов, она закрывалась в своей комнате, чтобы я не видела, как она плачет.

— Ты отличаешься от своей матери, но это не значит, что ты менее смелая и достойная восхищения, чем она. Конечно, она выбрала служение жизни, а ты – служение смерти, но вы обе, и каждая по-своему, выбрали служение естественному равновесию.

Панама нерешительно молчала. Верховный мастер сел, скрестив ноги, рядом с ней, положив поперек бедер свой упакованный предмет. Не сводя с нее тигриного взгляда, он протянул руку к ее рыжей голове и откинул массу влажных волос за ее белоснежное плечо. Панама подавила новый вздох. Каким бы восхитительным ни было это прикосновение, оно было слишком мимолетным, чтобы успокоить ее терзания.

— Ты хладнокровно убиваешь кого-то всего в третий раз. Я не включаю в этот список твоего отца, Потрошителя и псов Ларена: тогда были другие условия. Со временем большинство братьев признавались нам, что их Крещение кровью было самым сложным убийством за всю их карьеру; после него последующие задания показались им намного проще. Ты – Тень-новичок, и тебе пока не с чем сравнивать. Все это вопрос привычки и веры в себя, даже в том, что касается торговли смертью. К тому же люди обладают способностью к адаптации, которой часто не хватает другим расам. При следующем убийстве ты тоже будешь колебаться, не стану от тебя скрывать, но тебе уже станет немного легче. На десятом задании тебя начнет отпускать. А на двадцатом ты даже не вспомнишь об этих мелких неприятностях: ты приобретешь профессиональный автоматизм.

— Думаю, ты прав.

— Разумеется, я прав. Тебе не в чем сомневаться: ты прирожденная убийца. Не переживай из-за своих новых обязанностей. Поначалу я буду доверять тебе простые контракты. Наблюдение и планирование ты будешь проводить сама, а в финальной стадии я могу находиться неподалеку от твоей цели, если тебе так будет спокойнее, как было при твоем «Выстреле в муху» или «Укусе в спину».

— Об этом не может быть и речи, Жнец! – воскликнула Панама, оскорбленная этим предложением.

— Нет ничего постыдного в том, чтобы подстраховаться на первых заданиях.

— Я справлюсь сама! Пощади мою гордость, пусть мне не хватает опыта, но я не хочу, чтобы меня опекали!