Книга Дар смерти, страница 312 – Анна Трисс

Она одарила мальчика нежной и успокаивающей улыбкой – точной копией улыбки богини смерти. При виде этой удивительной улыбки он погрузился в сверхъестественный транс, ослабивший страх смерти. Замерев на месте, он внезапно перестал дрожать и скулить. Он был захвачен магнетическим взглядом своей странной убийцы. В этих изумрудных глазах он увидел свою смерть.

Однако это его больше не пугало.

Он знал.

Он знал, что в другом мире его ждет теплый и гостеприимный дом, что боль неизбежна, но не продлится долго; он знал, что просто пришел его час.

Ласка быстро скользнула по горлу мальчика, широко раскрыв его сонную артерию и яремную вену – безукоризненный надрез, – и река жизни хлынула из его тела в баптистерий. Он забился в конвульсиях и умер в течение нескольких секунд, соскользнув в воду, окрасившуюся в красный цвет. Все это время Панама не отрывала глаз от его взгляда. Когда безвольное тело жертвы всплыло на поверхность, она наконец повернулась к статуе своей божественной прародительницы, чтобы спокойно полюбоваться ее лицом.

Справа от нее маленькие волны забились о стены баптистерия. С чувством благоговения, заставившим биться сердце быстрее, Панама посмотрела на Хамара в кирасе Тени, спускавшегося к ней по пяти ступенькам, чтобы возглавить вторую часть церемонии. В полной тишине бывший наставник присоединился к ней в бассейне. На секунду ей показалось, что Верховный мастер обнимет ее и поздравит, но он даже не шелохнулся.

Вспомнив о том, что предстояло сделать дальше, Панама торжественно протянула ему кинжал правой рукой, раскрыв перед ним левую ладонь. Этот жест доверия – факт добровольного разоружения – сам по себе уже был клятвой верности братству, представленному высшей Тенью.

Хамар взялся за рукоять Ласки и подхватил пальцами левую руку Панамы, чтобы поддержать ее. Она испытала одновременно облегчение и тревогу, выпустив из рук магическое оружие.

— Панама Карсуэлл, клянешься ли ты передо мной пожертвовать свою прошлую жизнь на алтарь Смерти? – мягко спросил он, прижимая острие лезвия к ее ладони.

— Я клянусь перед тобой пожертвовать свою прошлую жизнь на алтарь Смерти, Верховный мастер.

— Клянешься ли ты передо мной посвятить свою будущую жизнь служению дела Гильдии теней?

— Я клянусь перед тобой посвятить свою будущую жизнь служению дела Гильдии теней, Верховный мастер.

Продолжая смотреть ей в глаза, Жнец надрезал ладонь бывшей ученицы острием Ласки и побудил ее сжать кулак, прежде чем наклонить его к поверхности бассейна. Красные капли упали в воду баптистерия. Жнец убрал кинжал за пояс. Проливая свою кровь, Панама произносила клятву богине смерти голосом, вибрирующим от силы:

— Божественная мать, пусть эта клятва двух кровей будет услышана мертвыми и живыми свидетелями каждого мира. Пусть моя душа, моя кровь и плоть будут вашими до тех пор, пока не наступит время вашего утешительного поцелуя. Пусть моя рука убийцы станет вашим справедливым и беспристрастным оружием. Пусть мой смертоносный клинок станет избавлением для невинных и наказанием для виновных. Пусть мой дар способствует поддержанию естественного равновесия мироздания между силами жизни и смерти. Пусть мой разум озаряет уверенность, что мы все предназначены для поцелуя Смерти и лишь боги бессмертны. Пусть ваша небесная кара обрушится на меня, если я однажды нарушу эту клятву. В Тенях мы живем. В Тенях мы умрем.