Книга Дар смерти, страница 301 – Анна Трисс

Три категории не испытывали давления этих социальных условностей: вдовы, танцовщицы – свободные женщины легкого поведения – и жрицы Суккуб.

Закон Утопии запрещал вдовам, похоронившим свою единственную любовь, снова выходить замуж, но не утешаться в объятиях неженатого любовника – что было случаем Алисии. Танцовщицы, акробатки и артистки, сделавшие свой маргинальный выбор, спали с неженатыми мужчинами, не афишируя этого, в обмен на подарки или услуги. Что в глазах Жара было не чем иным, как формой проституции, даже если у эльфов это слово имело другое значение. Что касается жриц Суккуб, не таких многочисленных, они шли наперекор адепткам трех других дриаден, которые давали обет целомудрия. Выбранные за свою красоту и острый ум в подростковом возрасте, они придерживались свободолюбивых догм богини огня, осени и желания, достигнув совершеннолетия. Будучи независимым, мятежным божеством, Суккуб отстаивала сексуальную свободу женщин и поощряла своих прекрасных и преданных жриц иметь множество партнеров, чтобы обогащать духовное развитие за счет чувственных переживаний.

Таков был парадокс эльфийских нравов, прекрасно иллюстрируемый этими исключениями. Зависимые от социальных условностей, эльфы очень редко упоминали о своих интимных связях в присутствии посторонних и никогда напрямую не касались своей сексуальной жизни, опасаясь презрения со стороны сородичей. В их сообществе мужчине не следовало на публике проявлять внимание к временной любовнице – даже просто взять ее за руку было немыслимо – или хвастаться количеством побед до брака. Матерям не рекомендовалось кормить грудью детей на улице, на виду у всех, так же как незамужним девушкам было запрещено смотреть в глаза мужчине, не принадлежащему к их семье. Респектабельные горожанки одевались в соответствии с обычаями и традициями и открывали шею, плечи и ноги только во время крупных праздничных мероприятий – и то немного. Когда неженатый мужчина предлагал вдове, куртизанке или жрице Суккуб выпить с ним бокал вина в таверне, закодированная фраза имела определенный смысл для обоих эльфов.

Будучи заядлым бабником в Терфламме, Беладин продолжил легко соблазнять одиноких женщин на Незапамятных землях. Его отношения с Алисией, свободные от ограничений, полностью соответствовали его идеалу: они виделись как очень близкие друзья, которые проводили много времени под одеялом. Она не возражала против его любовниц за пределами дворца при условии, что он не будет кричать об этом на всех перекрестках. Но он в итоге устал от эльфийских женщин, пассивных и покорных, иногда даже скучных, сильно отличавшихся от его бывших человеческих любовниц, которые проявляли безудержную страсть. Эти дамы были воспитаны как нежные, скромные и послушные во всех отношениях существа, которые подавляли свои собственные желания, чтобы подстроиться под желания мужчин. Его любовницы на Незапамятных землях обладали порой таким сильным ментальным блоком, что сдерживали свое удовольствие, как только оно начинало появляться, и, когда Абинку удавалось довести их до оргазма, они хранили досадное молчание. Их флегматичность его убивала. К тому же красивые одинокие эльфийки никогда не позволяли целовать себя в губы, поскольку этот вид поцелуя был проявлением истинной любви, предназначенной только для семейных пар. Короче, в последнее время Жар в основном посвятил себя развращению своей королевской любовницы, разбирая камень за камнем толстую стену ее предубеждений и запретов в отношении секса.