Онлайн книга «Тигровая лилия»
|
А сейчас… сейчас у нее было слишком много времени на размышления. И чем больше Джемайя размышляла, тем больше осознавала, что заставить себя взглянуть смерти в лицо не так-то просто. Большая часть сил уходила на то, чтобы удержать лицо. Чтобы не дать Алару заподозрить, что у нее есть собственный план. Чтобы не дать ему забеспокоиться и передумать. Так что Джемайя заставила себя поддержать обсуждение плана и послушно написала собственной рукой отчет для Первой матери – Руйо должна была убедиться, что Джемайя жива и в сознании, чтобы добавить плану Алара убедительности. Она подробно описала, как, добравшись до Чаши, обнаружила, что охотники выяснили приблизительное местонахождение логова их главного противника и собирались в очередную вылазку; она описала, как присоединилась к их отряду и отправилась на юг, в предгорья, где возле Лестницы Скорби прятался коварный хищник; она в красках описала героическую гибель ар-Кешшара, спасшего жизни товарищей ценой своей собственной, упомянула о ранениях, полученных ею самой. А затем добавила короткое описание плана грядущей облавы, снабдив его простенькой схемой реки и берегов, и, уколов палец лезвием ножа, заверила собственной кровью. Не то чтобы ее кровь отличалась какими-то волшебными свойствами, но Джемайе отчего-то показалось, что это придаст ее письму убедительности. Алар, пробежав глазами по написанным строчкам, одобрительно кивнул. — Этого будет достаточно, – заявил он. В Ямарру отправился Рамир – в отсутствие Алара он, как правило, принимал на себя командование стаей, поэтому после «гибели» вожака именно ему полагалось возглавить отряд. Упаковав одежду и письмо в мешок, Рамир сменил ипостась – на четырех лапах от заимки до города можно было добраться куда быстрее. Алар что-то сказал ему напоследок на южном наречии, и зверь, фыркнув, подхватил мешок в зубы и скрылся в чаще. Последующие несколько часов растянулись на целую вечность – по крайней мере, так показалось Джемайе. От нее больше ничего не требовалось, заняться на заимке было нечем, а общаться со стаей ей не хотелось вовсе – Джемайя всерьез опасалась, что, измученная страхом перед завтрашней охотой, сорвется и наделает глупостей. Отойдя на несколько шагов в чащу, она принялась тренироваться с «Когтями дракона», чтобы убить время и отогнать тревоги прочь. Лезвия рассекали древесную кору, со свистом перерезали лианы – приятно-легко, как мягкое масло. Нетрудно было представить, с какой легкостью они рассекут завтра чужую плоть… Рискнет ли Алар оставить ей эти клинки перед охотой? Или вернет ее собственные мечи, или же и вовсе предпочтет вооружить чем-нибудь попроще – старым охотничьим ножом, который точно не сможет пробить его шкуру? Джемайя старалась отгонять эту мысль точно так же, как любые другие мысли о грядущей облаве, но раз за разом возвращалась к ней – а следом за мыслями об охоте приходили и мысли о смерти. И ноги снова наливались тошнотворной слабостью, дышать становилось труднее, а по спине вновь начинали бегать мурашки. Чем дольше тянулось ожидание, тем чаще Джемайя ловила себя на том, что по-детски глупо, по-детски отчаянно надеется, что Рамира задержат в Ямарре. Что ему не поверят. Что его схватят. Что все ее догадки были ошибочными, что у Первой матери совсем другой план, что никакой облавы завтра не будет, что ей вовсе не придется умирать… |