Книга Спасение души несчастного. Том 1, страница 99 – Лин Няннян

«Получается – начал осознавать Го Бохай – то болезненное рвение юноши к демонам и их истории, описанной на страницах произведений Поднебесной, – не обычное совпадение: У Чан бессознательно тянулся к своим истокам, к первой жизни, когда его знали как демона. А туманный желтый отблеск в глазах, что наставник видел пару раз, лишь свидетельствовал о преобладании над рассудком У Чана перерожденной души Мокуана, собранной воедино».

Несмотря на боязнь возможного исхода, Го Бохай надеялся на лучшее и желал, чтобы У Чан не вспомнил ничего из прошлой жизни. Растерянный, он вновь взглянул на листок:

Взор Го Бохая медленно прошелся по строкам и остановился на последней. Именно это наставник прочел впервые после того, как госпожа У бросила смятую бумагу ему в лицо. Сердце дрогнуло и замерло, да так больно, что дышать стало невыносимо.

Учитель, лунный свет над горой так прекрасен.

Будущие боги наконец пересекли границу Юго-Запада. Лишь только они добрались до владений семейства Ба, как их настигла суровая зима. Дорога была долгая и тяжелая, но это все равно показалось странным У Чану, который привык думать, что Север – самый холодный регион Поднебесной. Но он не учел, что, хотя мороз сам по себе был не таким злым, как на его родине, южные ветра – что-то по-настоящему страшное и невыносимое.

Пока избранные господа скрывались от порывистых ветров в имениях главенствующего клана и участвовали в уже опостылевших церемониях, устроенных владыкой Юга-Запада Ба Юншэном, У Чан обратил внимание на разницу между двумя народами.

Однажды, наблюдая за Ба Вэньлинь и Циншаном, Шао Жоу и Фань Мулань, У Чан отметил: эти уважаемые не так высоки ростом. И с того самого момента он стал изучать южных господ. К тому же на то у него была личная причина – Го Бохай, южанин.

Когда он сравнивал себя с южными будущими богами, при этом не забывая учитывать их возраст и то, что они все еще молоды, у него складывалось ощущение, что среди избранных только одна дылда – он. Благодаря такому простому наблюдению он пришел к довольно странному выводу: его наставник в разы выше своих земляков. Как раз на фоне Го Бохая У Чан считал свой рост обычным. Мужчина высок, тонок и гибок, он мог с легкостью достать до нижних ветвей рослых деревьев, что было довольно трудно сделать господам с Юга. Коренастые местные ни капли не были похожи на наставника с горы Хэншань. И, размышляя об этом, У Чан постепенно пришел к выводу, что Го Бохай с его нетипичными для уроженцев Юга ростом и внешностью больше похож на уроженца Востока. Хотя и это вводило ученика в ступор. Как же все те истории о южанах и их традициях? И рассказы о самом экзотическом фрукте, который был для Го Бохая обычным плодом персикового дерева? Неужели это все была неправда?

У Чан вновь и вновь возвращался к этим мыслям, сидя в экипаже, который только что пересек границу Юго-Запада на пути к сердцу Востока. Вдруг он бросил взгляд на маленький столик с лежащим на нем белоснежным мечом. На белоснежных ножнах виднелась гравировка: «Сяньбай»^[54]. Название меча буквально ассоциировалось у У Чана с его наставником: Го Бохая по-другому было просто не назвать, особенно зная его добрый нрав. А когда он облачался в такие же белоснежные одеяния, клинок становился его металлической копией: длинный, изящный и ослепительно красивый.