Книга Спасение души несчастного. Том 3, страница 26 – Лин Няннян

Тем временем молнии показывались из облаков подобно золотым языкам и сразу гасли. Как люди в отчаянии тянутся к Небесам, так и они сейчас стремились коснуться земли. Дурные мысли крутились в голове Го Бохая. Он следил за каждой вспышкой, гадая, сможет ли отразить и следующий удар.

Паника потихоньку сходила на нет. Собравшиеся во дворе начали разбираться, что к чему, и как раз обратили внимание на Лао Вана. Слепой даос сложил руки в печать, монах рядом с ним хлопнул в ладони и принялся без остановки молиться. Гром зарычал, и с неба закапал дождь. Однако люди не промокали. Капли стучали о барьер над Туманным хребтом и скатывались по нему, точно по невидимой крыше дома.

— Так вот почему молнии больше не бьют! – поразилась Шао Жоу, не отпуская рукава Ба Циншана.

Бань Лоу замер перед черной воронкой в земле. От исходящего жара на лице проступила испарина. Размеры ямы вблизи ужасали: несколько чжанов в ширину! Да если разряд такой силы ударит в человека, не останется никакой надежды на спасение. Даже у избранного!

Гун Ди немедля оттащил воспитанника в сторону.

— Зайди внутрь!

И тут погода разозлилась пуще прежнего.

За пределами ворот поднялась буря, которая так и норовила пробиться во двор и смести всех на своем пути. Порывы бились о стены, точно бешеные волны о скалы.

— Ох, Небеса! Лао Ван! – Монах прервал молитвы, увидев, как даос без сил упал на колено, и крикнул остальным: – Укройтесь!

Однако его призыв поглотил надвигающийся хаос. Створки распахнулись. Пронизывающий ветер налетел на людей. Тучи полыхнули новой вспышкой. Будто подгадали момент, когда барьер ослаб.

Го Бохай вовремя вскинул руку. Ураган, который нацелился на Бань Лоу, сбился с пути и влетел в стену дома. Можно было подумать, что буря, точно разъяренный бык, набросилась на северян – то на одного, то на другого. Бань Лоу тотчас рухнул на землю, остальные закрыли глаза от всякого сора.

Никто не пострадал, однако сам Го Бохай невольно замер. Он вдруг почувствовал, как его лба трепетно коснулись. Среди пронизывающего ветра он все же ощутил жар чужого голоса за спиной:

— Печать… Учитель, не показывайте вашу печать другим.

И ведь правда, Го Бохай так быстро поспешил на помощь, что совсем забыл о себе. Если бы только кто-то заметил красную метку, вопросы посыпались бы на его голову, как семена тыквы в посевной сезон.

Все еще прикасаясь к лицу наставника, У Чан с опаской окинул взором двор. Фань Мулань отвернулась и прикрыла собой подругу. Ба Циншан тревожился за сестру. А Гун Ди подал руку Бань Лоу. Никто не смотрел в этот момент на них, а значит, они могли спокойно отступить. Только У Чан так подумал и сделал крохотный шаг назад, как снова прогремело.

Бам! – звук не походил на грозовые разряды. Но все же был таким гулким и всепоглощающим, что многие переглянулись и замерли.

— Что… Что такое?

Бам! Бам!

Удары продолжались, и неясно было, откуда они доносятся. Вдобавок небеса так и не успокоились, словно бушевали оттого, что не добились своего.

— А-а-а! А-а-а! – Монах вдруг бросил Лао Вана, истошно закричал и дал деру. Пробежав немного, он рухнул у ног Го Бохая, будто бы только наставник с горы Хэншань мог защитить его, и принялся повторять: – Призываю пять молний, чтобы они спустились, убивая демонов и злых духов, как велено законом! Пять богов грома снизойдут на этот двор и уничтожат нечистую силу!^[9]