Онлайн книга «Константин. Сталь и Кровь»
|
Как водится, не обошлось в этой пасторальной бочке меда и без целого ушата дегтя. Призванные по большей части из Великорусских губерний моряки и солдаты, проведшие к тому же добрую половину своей жизни на службе, не слишком понимали, как вести хозяйство в засушливой Таврии. Так что поначалу им пришлось несладко. Некоторые даже попытались продать полученные даром участки и дома, чтобы уехать, но… принятые не без моего участия правила это однозначно запрещали. Так что место неудачников занимали другие, благо в желавших получить землю героях недостатка не было. Тем не менее, со временем ветераны прижились, нашли себе жен, научились выращивать виноград и местные фрукты, пасти коз и овец. Несколько лучше шли дела у вышедших в отставку офицеров. Во-первых, земли им давали больше, чем нижним чинам, а во-вторых, люди они были по большей части грамотные и бывавшие за границей, в той же Греции и Италии, не слишком отличавшихся от Крыма с точки зрения климата. Одни взялись за хозяйство сами, другие нашли управляющих, третьим повезло меньше, но, как бы то ни было, процесс, что называется, пошел. Одним из следствий всех этих событий стало решение правительства заняться ирригацией Крымского полуострова, для чего прорыть канал от Днепра. Впрочем, это совсем другая история, случившаяся к тому же нескоро. Еще одной послевоенной новацией, каюсь, до некоторой степени инспирированной мною, стала массовая перемена названий поселений. Изначальная идея состояла в том, чтобы заменить татарские названия на русские, а если городок или деревня имели хоть какое-то отношение к древности, то на греческое или даже скифское. Увы, но конечный результат служил отличной иллюстрацией к известной сентенции Черномырдина — хотели как лучше, а получилось, как всегда. Благодарные поселенцы с упорством, достойным лучшего применения, принялись давать своим поселениям имя генерал-адмирала, в результате чего на картах Таврической губернии едва не появилось с полдюжины Константиновок, три хутора Константиновых и два Константино-Романовских. Местное начальство, разумеется, охотно поддержало эту инициативу и лишь благодаря моему непосредственному вмешательству количество сел и деревень, названных в честь бывшего главнокомандующего Крымской армией, сократилось до трех. Остальные были наречены в честь полков и кораблей, на которых служили ветераны прошедшей войны. А пока я проводил инспекцию Черноморского флота и в первую очередь, конечно же, «Цесаревича». Корабль, надо сказать, получился на славу. Да, он был все еще деревянным, с дульнозарядными пушками и трофейными машинами. Толщина скатанных из нескольких слоев железа броневых плит тоже не поражала воображение, но… это был первый в этом мире полноценный мореходный броненосец с нарезной артиллерией! И что особенно приятно, ни у наших врагов англичан, ни у как бы союзников французов ничего подобного пока нет… Ключевое слово в данном случае, конечно — «пока». И те, и другие сейчас усиленно строят близкие по типу корабли. Французы первую тройку однотипных броненосцев «Глуар», «Бретань» и «Норманди», и столько же нежелающие отставать британцы. «Уорриор», «Инвисибл» и «Блек Принц». Причем, по слухам, по крайней мере один из них будет иметь железный корпус. [1] |