Онлайн книга «Константин. Сталь и Кровь»
|
Предстояло очередное путешествие за границы нашей великой родины, перед которым следовало уладить если не все, то хотя бы какую-то часть постоянно возникавших проблем как в Морском министерстве, так и принадлежащих мне коммерческих предприятиях. Так сверяя цифры и расчеты, я разбирался с бумагами, позабыв о времени, пока рядом со мной снова не материализовался Лобанов-Ростовский. — Ваше императорское высочество, — прошептал он, как будто опасался, что я сплю. — Чего тебе, Николай? — вопросительно посмотрел я на своего верного адъютанта, которого за ревность к службе какой-то придворный острослов успел прозвать «альгвазилом». — К вам, некоторым образом, опять дама под вуалью! — с таинственным видом доложил он. — Что-то она зачастила, — усмехнулся я. — Впрочем, чему тут удивляться, наверное, хочет поблагодарить. Проси, князь, неудобно заставлять женщину ждать. Появившаяся на пороге фигура вызвала у меня стойкое чувство дежавю, поэтому я, ничуть не сомневаясь в том, что передо мной графиня Стенбок-Фермор, предложил ей сесть. — Располагайтесь, Надежда Алексеевна. Очень хорошо, что вы пришли, у меня есть к вам деловое предложение… — Так вот откуда вы все узнали! — раздался из-под вуали знакомый и звонкий голосок. — Анастасия Александровна⁈ — изумился я. — Да, это я, — отозвалась барышня, открыв лицо. Некоторое время мы молчали. Я, говоря по чести, завис, а моя гостья беззастенчиво рассматривала убранство кабинета. — С вашей стороны не слишком осторожно являться ко мне одной, — нашелся я, наконец. — Отчего же. Всем известно, что вы убьете всякого, кто посмеет злословить на мой счет! — Хм… — еще больше удивился я. — Мне показалось, или вы недовольны моим вмешательством? — Нет, что вы, — на лице юной графини появилось нечто вроде смущения. — На самом деле, я пришла поблагодарить вас, просто… — Что? — Простите, но когда я вижу ваше императорское высочество, со мною творится что-то странное. Я… начинаю говорить вещи, на которые никогда не решилась бы прежде… Дерзить старшим, вмешиваться в разговоры, меня никоим образом не касающиеся… — Вы, кажется, сказали, что хотели меня поблагодарить? — решил прервать немного сумбурную речь. — Конечно. Вы спасли моего брата и… жениха, — судя по тону, последнее мою гостью радовало далеко не так сильно. — И вступились за мою честь… — Полно, я не сделал ничего более, что следовало бы благородному человеку. Надеюсь, теперь все недоразумения разрешились и вашему счастью ничего не угрожает. — О чем вы? — О вашей помолвке с князем Гагариным, разумеется. — Ах нет, после всего случившегося я твердо решила отказать Петру Дмитриевичу и расторгла помолвку. — Признаться, не удивлен. — Отчего же? — Как вам сказать, Анастасия Александровна. Вы барышня не только красивая, но и умная, а о князе нельзя сказать ни того, ни другого. Представьте мое удивление, когда ваша матушка заявила, что он вам нравится… — Сказать по правде, ей он нравился гораздо больше, чем мне. — Вот как? — Ваше императорское высочество… — Знали бы вы, Анастасия Александровна, как меня раздражает это титулование! Так что если вы не против, зовите меня по имени. — Хорошо, — улыбнулась барышня, — но только в том случае, если и вы будете звать меня Стасей. — С удовольствием. |