Книга Константин. Сталь и Кровь, страница 40 – Иван Оченков, Антон Перунов

— Так-то оно так, — почесал затылок купец. — Только сколько вкладывать придется?

— Не так уж и много, — возразил я. — Пароходы строить будут все равно, а стоимость форсунок для разбрызгивания жидкого топлива составит сущие копейки. Правда, их еще надо разработать, и вот тут, действительно, придется вложиться. Но вот затем пойдет чистая прибыль.

— Хорошо. Положим, что мазуту применение мы найдем. А что делать с легкими фракциями? Бензин нужен разве что аптекарям, но их потребности, прямо скажем, невелики.

— Господа, вам приходилось слышать о работах господина Лебона?

— Француз какой-то?

— Изобретатель светильного газа, — пояснил своему необразованному товарищу Кокорев.

— Совершенно справедливо, Василий Александрович, — кивнул я. — Так вот, сей господин незадолго до своей гибели разрабатывал двигатель, который будет на этом газе работать, но не успел.

— А отчего он помер? — заинтересовался Губонин.

— А Бог его знает, — пожал плечами Кокорев. — Зарезали на Елисейских полях.

— Ограбили?

— Не помню. Вроде бы нет.

— Тогда беспременно из-за бабы! Все зло от этих Евиных дочерей…

— Это все конечно интересно, — усмехнулся я, — но давайте вернемся к нашим баранам. Сиречь к двигателю. Сам создатель собирался использовать в нём светильный газ, но он довольно редок. Между тем, как мне представляется, его вполне можно будет заменить бензином. Дело это, прямо скажем, не самого близкого будущего, но заниматься им надо уже сейчас.

— И о каких суммах идет речь? — вычленил из моей речи главное Кокорев.

— Для начала пару десятков тысяч, а там, глядишь, это проект сам себя кормить станет.

— Эх ваши бы слова да Богу в уши, — сокрушенно покрутил головой Губонин. — Только откуда у нас такие деньжищи? Ить последние пришлось вложить. Того и гляди по миру идти придется!

— Эх, Петр Ионович, да чтоб я так жил, как ты жалуешься! Впрочем, предлагаю вернуться к этому разговору, когда пойдут первые прибыли.

— А вот за это спасибо, ваше императорское высочество! Это ж для вас десять тыщь все равно, что для нас, сирых, гривенник. А мы люди… все, молчу!

[1] Пиронафт — «русский керосин», нефтяной продукт с удельным весом порядка 0,858, имевший малую огнеопасность. Применялся на флоте в специальных фонарях для освещения.

[2] Город на севере Ирана. Нынешнее название ­Горган.

В самом начале лета 1856 года произошло довольно-таки знаменательное событие. Начались испытания броненосца «Цесаревич» — корабля во многом для нашего судостроения нового и даже, я бы сказал, этапного. Да, он все еще был деревянным и перестроенным из стоящего на стапеле парусно-винтового линкора. Но высокий борт, полный броневой пояс и батарея нарезных пушек Баумгарта делали его грозным противником для любого корабля мира. А двухвальная паросиловая установка вообще появилась впервые не только в России, но и во всем мире [1]. Так сказать, не имеет аналогов. К слову, вал необходимой длины мы тогда так и не заказали. Но наши умельцы смогли выйти из ситуации, в которую сами себя загнали, соединив несколько валов с помощью фланцевого соединения.

Говоря по совести, мне очень хотелось присутствовать на этих испытаниях лично, но «Южная железная дорога» еще только строится, а терять время, чтобы путешествовать на лошадях, я не могу. Так что пришлось довольствоваться подробными отчетами, главным итогом которых было то, что у нас получилось!