Книга Аландская Звезда, страница 43 – Иван Оченков, Антон Перунов

— Что вы сошли с ума! — отрезал Бейнс, которому совсем не улыбалось отдавать свои корабли на съедение Черному принцу ради прихоти лягушатника. — Русские устроят на вас охоту, как на медведя, и станут травить со всех сторон, пока не загонят на мины или устроят еще что-нибудь в этом духе.

— Так вы отказываетесь?

— Безусловно!

— А что скажете вы, месье? — вопросительно посмотрел Пено на Мартина.

— Даже не знаю, — задумался временный командующий английской эскадрой. — Какого дьявола вы желаете обнаружить в этих проклятых водах? Тут нет ничего кроме бесчисленных островов, мелей и мин. А теперь появились еще и русские броненосцы. Вы себе не представляете, что это за уродство. Угловатые, приземистые, грязные, как, впрочем, и вся их варварская страна. Но при всем при этом совершенно неуязвимые для нашего огня. Видит Бог, я не трус, но всякий раз, когда вспоминаю о схватке с этими чудовищами, меня пробирает холодный пот!

— Нисколько не сомневаясь в вашей храбрости, адмирал, хочу отметить два немаловажных аспекта. Я, видите ли, некоторым образом сумел ознакомиться с нашими броненосными батареями типа «Девастасьон» и, смею надеяться, сумел уяснить, в чем их сильные и слабые стороны. А после того, как выслушал вас, уверен, что построенные или точнее переоборудованные русскими корабли обладают теми же недостатками, что и наши.

— Не могли бы вы изъясняться точнее?

— Весьма охотно. Итак, в чем преимущество закованных в броню голиафов? Разумеется, в их неуязвимости, скажете вы и будете тысячу раз правы. Но вместе с тем я совершенно уверен, что у этой медали есть и обратная сторона.

— И какая же?

— Во-первых, они чертовски медленные, а во-вторых, крайне неповоротливые!

— Пожалуй, так оно и есть. Но что из этого следует?

— Все просто. Если мы будем соблюдать известную осмотрительность, русские больше не сумеют заманить нас в ловушку. А при встрече в открытом море мы просто уйдем от них!

— У принца Константина есть еще и линкоры.

— Ну для начала скажу, что я слишком высокого мнения о ваших артиллеристах, чтобы допустить мысль, что во время сражения русские не получили никаких повреждений. Уверен, они сейчас нуждаются в срочном ремонте, осуществить который, принимая во внимание слабость их промышленности, будет совсем не просто.

— Уж конечно, — пробурчал Бейнс. — Их промышленность настолько слаба, что за зиму смогла построить добрую сотню канонерских лодок и дюжину корветов в придачу.

— Кроме того, — продолжал не желавший слушать возражений Пено. — Их линкоры, да и фрегаты с корветами тоже не слишком хорошие ходоки. Если мы застанем их в меньшинстве, сможем нагнать и уничтожить. Если наоборот, с той же легкостью уйдем!

— Не могу не признать, сэр, — заговорил после недолгого раздумья Мартин, — что в ваших словах есть здравое зерно. Однако продолжаю настаивать, что лучшее, что может сейчас сделать союзная Франция, это прислать сюда все свои плавучие батареи, черт бы их подрал. Черный принц располагает всего двумя броненосцами, вы — пятью. Наша четверка «Этн» тоже скоро будет здесь. При таком превосходстве в силах мы просто раздавим русские крепости, после чего подойдем к Петербургу и заставим русского царя подписать мир!

В голове у Пено крутилась мысль о том, что великий Наполеон тоже рассчитывал, что после потери Москвы дядя нынешнего царя в страхе прибежит просить мира, однако горько ошибся в своих расчетах. Но будучи человеком не глупым, вслух сказал совсем другое.