Онлайн книга «Константин. Аландский крест»
|
Когда обед, наконец, закончился, и дети, попросив разрешения, удалились, мы остались втроем. Даже Брат Александр, против обыкновения, не ушел курить любимые папиросы фабрики «Лаферм». — Константин, — без обиняков начала императрица. — Есть одно деликатное дело, которое бы мне хотелось с тобой обсудить. — Я весь внимание, ваше величество! — О нет-нет, не надо никакой официальности, ибо дело это, в сущности, семейное. — Хорошо, Мари. Скажи, что тебя беспокоит? — Речь идет об одной молодой особе, с которой ты, как мне сказали, обошелся не слишком учтиво. — Правда⁈ — Перестань притворяться, речь идет о Машеньке Анненковой, которую ты так безжалостно изгнал из своего дома! — Вот именно, из своего. Видишь ли, я считаю, что мадемуазель Анненкова весьма дурно влияет на мою супругу. — И в чем это выражается? — Прости, я не хотел бы обсуждать здоровье Александры Иосифовны у нее за спиной. Скажу лишь, что лейб-медик Иван Васильевич Енохин рекомендовал ей принимать опийное молочко, что на мой взгляд свидетельствует о серьезном нервном расстройстве. Пойти на столь серьезные меры я, разумеется, не готов, но поспешил избавиться от всех раздражающих факторов. В том числе и от Анненковой. — Но ты не думаешь, что это могло еще более расстроить милую Санни? — Увлечение спиритизмом расстраивает ее куда больше! — Прости, мой дорогой, но я решительно тебя не понимаю. Это всего лишь безобидная забава, которой увлекаются многие люди нашего круга. — Видишь ли, Мари. Карты тоже, в сущности, безобидная игра, но иногда случается так, что азартные люди просаживают за вечер все свое состояние, лишая свои семьи не только куска хлеба, но и всякого будущего. Так и тут, Анненкова не просто слишком увлеклась своими фантазиями, на что мне, в сущности, плевать, но и убедила в их реальности мою жену. Как хотите, но этого я точно не потерплю! — Что ты имеешь в виду? — Ты знаешь, что она объявила себя принцессой бурбонского дома Марией Антуанеттой? — В каком смысле? — вытаращил глаза помалкивавший до сих пор брат. — Она же из Габсбургов! — Очевидно, в Патриотическом институте не слишком хорошо преподают генеалогию. — Может, бедная девочка была вместилищем духа казненной королевы, и это так на нее повлияло… — Мари, эта «бедная», как ты выразилась, девочка либо сумасшедшая, либо такая же мошенница, как и ее папаша. Он, кстати, уже обращался ко мне за субсидией, чтобы, цитирую — «компенсировать урон репутации»! — И ты отказал? — Естественно! Если мы будем тратить деньги на всяких проходимцев, это плохо кончится и для нас, и для России. В общем, вы, как хотите, а я терпеть представителей этой семейки более не намерен! — В твоих словах есть резон. Может, выслать их за границу? — Это уж как знаешь, хотя бедламов у нас на Руси, слава Богу, хватает. [1] Императорская военная академия — с 1855 года Николаевская академия Генерального штаба. [2] Несчастная ружейная драма — так называлась эпопея с перевооружением РИА после Крымской войны, когда за каких-то двенадцать лет на вооружение были приняты одна за другой шесть разных винтовок под разные патроны. Сначала дульнозарядная обр.1856 г, затем Тьери-Нормана, Карле, Крнка, Баранова и Бердана. Глава 15 Чем дальше я углублялся в дела, тем больше убеждался, что августейшие предки оставили нам с братом просто гигантское количество нерешенных проблем. И прежде всего, конечно, наш добрый дядюшка — Александр Благословенный. Будучи не злым, в сущности, человеком, он искренне стремился облагодетельствовать своих подданных. |