Книга Балтийский ястреб, страница 115 – Иван Оченков, Антон Перунов

Минуты шли за минутами, враг по нашим прикидкам становился все ближе и ближе. Наконец, полоса тумана миновала, и мы смогли осмотреться.

— Павел Иванович, сколько времени прошло? Вроде уже должны сблизиться, — спросил я у Истомина.

— Так точно, ваше императорское высочество, по расчетам канонеркам самый срок выйти к кораблям неприятеля.

— Неужели не разглядели впотьмах и мимо проскочили?

— Не думаю, видимость все же порядочная, никак не меньше кабельтова.

— Тогда почему ни наших взрывов, ни стрельбы от противника? Что они там, уснули все?

— Не могу знать, ваше высочество. Мы вышли на дистанцию, дальше был приказ не заходить до начала боя. Что будем делать?

— Давай ближе подойдем.

И тут в небе, отразившись в низких облаках и темных волнах, ярко вспыхнула зеленая ракета, осветив на краткий миг простор моря.

— Там никого нет, кроме наших! — не сдержавшись, заголосил глазастый Рогов.

— Шутить вздумал? Истомин, прикажи дать разом три ракеты. Надо и правда осмотреться. И прикажи машинисту дать самый малый ход.

«Шанцевки» отчетливо виднелись впереди, а вот огромных бортов линкоров английской эскадры нигде не просматривалось.

— Неужели-таки заблудились⁈ — еще не веря в происходящее и потихоньку отходя от адреналинового шторма в крови, пробормотал я задумчиво.

— Нет, — упрямо мотнул головой помалкивавший до сей поры Мика Иволайнен — вольнонаемный лоцман-финн. — Место верное.

— Точно?

Вместо ответа уверенный в себе моряк сунул в рот трубку и глубоко затянулся, всем своим видом показывая, мол, думайте, что хотите.

— Поверьте, Константин Николаевич, — шепнул мне Истомин. — Человек он не самый приятный, но дело свое знает!

— Вот черт! Значит, наш друг Нейпир решил не рисковать. Досадно, конечно, но ничего не попишешь. В прочем, для нас это тоже победа, пусть и не такая впечатляющая, как хотелось бы. К тому же бескровная…

— Да, струсили островитяне! — заявил Брылкин. — Получили по сусалам, вот хвост и поджали!

— Ну-ну…

Тем временем к нам подошла, дымя трубой, канонерка «Бурун» лейтенанта князя Ухтомского. Корабль аккуратно, с гвардейским шиком привалился к борту «Башибузука», и к нам на палубу грубовато, как мешок картошки, перекинули какое-то полуголое тело. Рядом с ним тут же оказался и сам командир канлодки.

— Это что еще за чучело? — удивился я.

— Подарок вашему императорскому высочеству! — отрапортовал гость.

— Что ни дерьмо, то к нашему берегу?

— Никак нет, — засмеялся гвардеец. — Английский матрос. Говорит, что упал за борт.

— Вот как? А фамилия у него есть?

— Меня зовут Вильям Смит, сэр! — робко ответил тот.

— На каком корабле и кем служил?

— Помощник стюарда на «Duke of Wellington».

— Как ты попал в воду?

Рассказ спасенного оказался весьма интересным. Оказалось, что он чем-то прогневал самого адмирала Нейпира, и тот приказал его высечь. Однако, экзекуцию отложили, а потом бедолаге удалось выбраться из канатного ящика и спрыгнуть за борт.

— Ты же мог утонуть?

— Может и так, сэр, но это лучше, чем быть запоротым до смерти.

— В английском флоте такие жестокие наказания? — удивился я.

— Именно так, — подтвердил Истомин. — Поэтому их матросы частенько дезертируют.

— Так же, как наши? — не смог удержаться от скепсиса.

— Что Вы, ваше императорское высочество. Гораздо чаще!