Книга Капитан, страница 112 – Иван Оченков, Антон Перунов

— Тогда решено. Вот, Михалыч, тебе временный экипаж. Служи со всем старанием.

— Обижаете, Владимир Васильевич, когда же это я иначе действовал?

— А остальные наши пока в Дальнем сидят? — обратился Март к коку.

— Да кто как, — словоохотливо отозвался кок. — Одни новые места там же нашли, другие в Китай подались. Горыныч только без дела остался. Боцманом никуда не берут, а простым матросом он не пойдет.

— Может, перетянуть его к нам? — задумался Март.

— Вам виднее.

— А ты что думаешь, дядька Игнат?

— Больно ты скор, Мартемьян, — усмехнулся Вахрамеев. — До Сеула, я чаю, не одна тыща верст. Хотя несколько человек нам бы не помешало, это верно.

— Так, может, подыщешь кого. Есть знакомые среди местных?

— Откуда? — покачал головой бывший абордажник. — Я в столицах сроду не служил, да и тутошние разве что маршировать красиво умеют.

— А если объявление дать? — вылез внимательно прислушивающийся к их разговору Витька.

— Так ить те, кто вчера к нам гостей прислал, тоже объявления читают. Не, такие дела с кондачка не решаются, тут обмозговать все надоть…

— Ладно, телефон «Одессы» у нас есть. Позвоним и узнаем, что и как. В крайнем случае оплатим перелет, — решил Колычев.

— Март, можно тебя на пару слов? — отозвал воспитанника в сторону Зимин.

— Слушаю вас, Владимир Васильевич.

— Тут такое дело, — помялся капитан первого ранга. — Шурка узнала о случившемся и рвется к вам.

— Это может быть опасно.

— После такого наглого налета на аэродром я не уверен, что вообще есть безопасное место. В общем, ей, конечно же, запретили, но будь готов к тому, что она в самом скором времени примчится.

— Татьяна Александровна и без того грозилась расторгнуть нашу помолвку…

— Пустое, — отмахнулся Зимин. — Это ей никак не под силу. Без моего согласия. А я, как ты понимаешь, его никогда не дам.

— Спасибо.

— Не за что. Однако о безопасности позаботиться следует, так что я вам тут кое-что привез. Прикажи своим архаровцам разгрузить.

— А что там?

— Да так, гостинчик от зайчика. А чуть позже прибудет отделение вооруженных матросов с «Пожарского». Вояки из них, конечно, так себе, тут Вахрамеев прав, но лишними не будут.

— Никак не могу понять, почему он так прохладно отнесся к предложению вызвать Горыныча?

— Ну, это как раз просто, — скупо улыбнулся опекун. — Захар у меня кем был? Боцманом. Игнат у тебя, насколько я понимаю, занимает ту же должность…

— Тьфу ты, — сплюнул от досады только что сообразивший, в чем дело, Март.

— Хороший унтер, — наставительно заметил Зимин, — ценится на вес золота! Просто надо хоть немного знать их психологию. А вообще, насчет вызова из Сеула наших, — мысль правильная. Только звонить буду я. Не обижайся, но я лучше знаю своих бывших подчиненных. Ладно, пошли разгружаться.

Подарки в багажнике его автомобиля и впрямь оказались царскими. Во-первых, два новеньких, еще в заводской смазке, пулемета Дегтярева. Во-вторых, четыре полных цинка с патронами. В-третьих, винтовка Маузера с оптическим прицелом. Ну и в качестве вишенки на торте — два подсумка с гранатами.

— Вот это дело! — обрадованно прогудел Вахрамеев, подкидывая на руках ДП^[28]. — Теперь можно и повоевать!

— Это где ж такие зайчики водятся? — удивленно протянул, глядя на опекуна, Колычев.

— Многие знания — многие печали, — перефразировал ему в ответ Зимин цитату из Экклезиаста^[29].