Книга Стрелок: Митральезы для Белого генерала. Несостоявшийся граф, страница 93 – Иван Оченков

— Прапорщик, что вы себе позволяете?! – не выдержал Мамацев и высунулся из окна.

— А что, – ухмыльнулся моряк. – Я человек не богатый, да и жалованье одни слезы…

— Хорошо, – согласился, подумав, текинец. – Я заплачу тебе тысячу золотых дирхемов!

— Жмот ты! – вполголоса констатировал Будищев, осторожно перебираясь в соседний двор. – И дети у тебя будут жмотами!

— Что ты молчишь, Гару Мерген?

Пока Дмитрий думал, как бы пообиднее обматерить невидимого переговорщика, подал голос некстати очнувшийся Карим, что-то прокричавший на своем языке.

— Да закройте же вы ему пасть! – выругался Будищев.

Очевидно, Мамацев с доктором сами пришли к такой же мысли, потому что больше криков заложника слышно не было.

Как впоследствии выяснилось, говоривший по-русски предводитель текинцев не совсем врал. У него еще были люди, просто они немного опоздали и подошли позже к месту стычки. И пока он тянул время, они успели подтянуться и теперь окружали оказавшуюся столь зубастой добычу, в надежде решить вопрос радикально. И хотя Дмитрий с самого начала допускал нечто подобное, встреча лицом к лицу с двумя туркменами оказалась для него не слишком приятным сюрпризом. К счастью, первый из них – молодой парень с берданкой в руках, на секунду замешкался, и эта оплошность стала для него роковой. Прапорщик ловко отбил ствол винтовки в сторону от себя и обратным движением впечатал приклад в нос противника. Затем отшатнулся от второго – кривоногого бородатого крепыша, яростно напавшего на него с саблей, и несколько раз выстрелил тому в живот и грудь. Однако, несмотря на то что мягкие пули в клочья рвали его тело, текинец продолжал по инерции двигаться, пока не упал у ног своего убийцы, обливаясь кровью.

— Чтоб тебя! – замысловато выругался Будищев, разом припомнив все, что довелось слышать от боцманов на флоте и унтеров в армии.

В этот момент до него донесся женский визг, исходивший из дома, где засели Мамацев и Студитский с барышнями и заложником, а следом за ним несколько револьверных выстрелов. Прокляв все на свете, он бросился назад, холодея от мысли, что не успеет. Ворвавшись внутрь, Дмитрий, к своему изумлению, не застал там никого, кроме своих друзей. К счастью, никто из них до сих пор серьезно не пострадал, разве что Мамацев был легко ранен в предплечье, а мадемуазель Сутолмина имела несчастье встретиться с мышью и теперь орала как резаная. Несчастное животное, ставшее причиной столь бурной реакции, давно улизнуло в свою норку, но истерика все не прекращалась. Наконец, барышня провалилась в спасительный обморок и непременно упала бы на земляной пол, но галантный подполковник успел подхватить ее на руки.

— Я худею, дорогая редакция! – шумно выдохнул прапорщик, в изнеможении прислонившись к стене, опустился на корточки.

— Что с вами, вы ранены? – бросилась к нему Люсия.

— Вроде бы нет, – пожал он плечами.

— Но у вас весь мундир в крови!

— Это не моя… пока что.

— Господа! – отвлек их восторженный возглас Студитского. – Вы не поверите, но там наши!

— Наконец-то, – равнодушно отозвался Будищев.

— Погодите, вы что же, знали, что должна прийти помощь? – изумился врач.

— Конечно. Я сам послал Федора к капитану Слуцкому.

— Но как вы догадались?

— Как вам сказать, – вздохнул моряк. – Есть такая примета, если хрень может произойти в принципе, она случится обязательно! А ваш маленький мерзавец с такой довольной мордой ухватился за эту дурацкую охоту, что ничего иного я и не ждал.