Книга Стрелок: Митральезы для Белого генерала. Несостоявшийся граф, страница 275 – Иван Оченков

— Чем обязан вашему визиту, господа? – осведомился комендант у нежданных визитеров.

Ковальков, не говоря лишних слов, протянул ему только что выданное министром предписание. По мере чтения землистого цвета лицо барона несколько порозовело, и он не без удивления уставился на стоящую перед ним странную парочку.

— Что это значит? – проскрипел он.

— Только то, что там написано, ваше превосходительство, – пожал плечами жандарм. – Об остальном я осведомлен не более вашего.

— А вы что скажете, господин подпоручик? – обернулся Майндель к моряку.

Каменное лицо Будищева осталось бесстрастным.

— Что же, приказ есть приказ, – покивал старый генерал, и в этот момент его сразил приступ кашля.

Судя по всему, силы коменданта медленно, но верно подтачивала какая-то болезнь. Он крепился, старался не поддаваться хвори, но время его неумолимо подходило к концу, и кашель был лишь предвестником погребального звона^[123]. Наконец он устал бороться и, вызвав адъютанта, прохрипел ему:

— Пусть забирают кого хотят!

— Что с вами, ваше превосходительство? – всполошился забежавший в кабинет поручик.

— Ничего-ничего, – отмахнулся генерал в перерыве между приступами, – сейчас немного отдохну, и полегчает, а вы, голубчик, делайте, что велено. Видите, какой приказ вышел?

— Прошу вас, господа, следуйте за мной, – пригласил Будищева с Ковальковым адъютант. – Арестованную сейчас доставят.

— Благодарю, – кивнул ротмистр.

— Скажите, – с просительным выражением на лице обернулся к нему поручик, – действительно ли произошло покушение на государя? Мы тут в крепости как на необитаемом острове. Толком ничего не известно, а слухи ходят до того дикие, что просто невозможно в них поверить.

— А вы у господина подпоручика спросите, – перевел стрелки жандарм. – Он, так сказать, непосредственный участник событий.

— В самом деле? – оживился адъютант.

— Его величество жив, хоть и легко ранен, – удовлетворил его любопытство моряк. – Трое злоумышленников погибли во время покушения, что же до их сообщников, то если жандармы не будут по привычке ловить ворон, то скоро вы с ними и сами познакомитесь.

— Понял вас, – расцвел в улыбке поручик. – Так кого вам надобно привести?

— Девицу мещанского звания Степаниду Акимову дочь Филиппову.

— Сию секунду, – щелкнул каблуками тот, – а вы подождите тут в кордегардии.

— Вы бы присмотрелись к обстановке, – наклонился к Дмитрию Ковальков, которого задело замечание Будищева по поводу жандармов. – Мало ли, вдруг пригодится?

— Не беспокойтесь, я один не сяду! – парировал тот.

Через несколько минут к ним вернулся их провожатый, а за ним в сопровождении солдата шла Стеша. Лицо девушки за время разлуки осунулось, одежда была мятой и грязной, да и от самой ее пахло какой-то невыразимой смесью запахов, от кислой баланды до давно не мытого тела.

Увидев Будищева, она на секунду застыла, будто не веря своему счастью, а потом бросилась к нему и с рыданиями повисла на шее.

— Не положено, – попробовал удержать ее конвоир, но наткнувшись на красноречивый взгляд непонятного флотского, отступил.

— Какой пассаж! – округлил глаза адъютант.

— Вам тоже нравится? – улыбнулся уголками губ ротмистр.

— Но черт возьми!

— Если я расскажу, вы все равно не поверите!

— Даже так? – высоко поднял брови тюремщик.