Книга Стрелок: Митральезы для Белого генерала. Несостоявшийся граф, страница 273 – Иван Оченков

— Не такой уж и добрый, – скривил губы офицер для особых поручений.

— Для террористов и врагов престола и отечества денек, вправду сказать, не очень, – охотно согласился с ним Дмитрий, – а вот настоящие верноподданные наверняка в слезах, от радости благодарственные молебны заказывают…

— Господин подпоручик, – ледяным тоном прервал его разглагольствования ротмистр, – нам надо поторопиться. Его высокопревосходительство не любит ждать.

— Прошу прощения, господа, – изобразил легкий поклон в сторону предполагаемых заговорщиков Будищев и отправился вслед за жандармом.

— Он что, издевается над нами? – недоуменно воскликнул Победоносцев.

— Похоже на то, – согласился с ним Толстой.

— А нельзя ли…

— Спасителя государя от злодеев? – усмехнулся бывший министр. – Благодарю покорно. Сегодня этот бастард нас переиграл вчистую. Однако не будем отчаиваться. Проигран бой, но не сражение. Посмотрим, что будет завтра.

— Если доживем, – поджал губы Мещерский.

— О чем вы, князь?

— О том, что как только подопечная этого негодяя окажется на свободе, на нем более не будет узды.

— Не похоже, чтобы она на нем была, – буркнул бывший министр.

— А станет еще хуже!

Несмотря на то что граф Лорис-Меликов принадлежал к очень древнему армянскому роду, для столичной аристократии он всегда оставался выскочкой. Не то чтобы его неохотно принимали в салонах, с любимцами государя так не бывает, но всюду, где бы он ни появлялся, за его спиной тут же раздавались шепотки.

Консерваторы не любили его за приверженность к реформам. Либералы ненавидели за то, что он твердой рукой пресекал беспорядки. Знатные бездельники презирали за кипучую энергию и за то, что свой высокий чин он выслужил на полях сражений, а не в передних высокопоставленных вельмож.

Заняв пост министра внутренних дел, Михаил Тариэлович старался проводить весьма мягкую политику, но беда заключалась в том, что никаких иных способов, кроме диктаторских, у него для этого не имелось.

— Здравствуйте, господин Будищев, – тепло поприветствовал он подпоручика. – Давно хотел свести с вами знакомство, да все как-то не представлялось случая.

— Здравия желаю вашему высокопревосходительству.

— Дмитрий Николаевич, дорогой мой, давайте без чинов – благожелательно улыбнулся граф.

— Как прикажете, – пожал плечами моряк.

— Государь сообщил мне о вашем деле, – продолжил министр. – Хочу сказать, что возмущен случившимся произволом и намерен тщательнейшим образом его расследовать. Хочу заверить, что с моей стороны будет сделано все, чтобы виновные понесли наказание и впредь подобное не повторялось.

Бархатистый голос Лорис-Меликова, казалось, обволакивал собеседника. Как и большинство кавказцев, он умел красиво говорить и производить приятное впечатление, но разгоряченный предыдущими событиями Будищев остался равнодушным к его чарам.

— Негодую вместе с вами, ваше высокопревосходительство, но нельзя ли освободить мою воспитанницу прямо сейчас?

— Отчего же нельзя, – смешался министр. – Я немедленно напишу приказ и отправлю его…

— Дайте его мне.

— Пожалуй, так будет быстрее, – согласился Михаил Тариэлович. – И знаете что, я пошлю с вами своего офицера. Так вообще не возникнет никаких проволочек.

Быстро набросав несколько строк на дворцовом бланке, Лорис-Меликов приложил к нему личную печать, после чего вызвал дожидавшегося в приемной Ковалькова.