Книга Потерянный континент, страница 33 – Арслан Мударисов

— Всё, всё, простите, что отнял ваше время, но если дела пойдут плохо, обещайте… — Не успел я договорить, как был действительно послан куда подальше.

— Да задери тебя ушаны, пацан, иди отсюда, и чтобы больше тебя не видел, я воюю. — Пертинакс развернулся и пошёл в глубь крепости дальше отдавать приказы под шум взрывов от очередной магической гадости. Хотя, признаться, этому говнюку сейчас особо делать было нечего, потому как люди были на местах, и все просто ждали осады с лестницами или удара вражеских машин, которых, к счастью, пока что не собрали. А я побрёл к своему отряду, тихо ругаясь матом на этого упёртого дуболома-коменданта. Вражеская армия долго ждать себя не заставила, и уже через час после нашего разговора началось наступление, тысячи людей шли со всех сторон, неся десятки гигантских лестниц. Нас на стену теперь вообще не пускали, после разговора с главой крепости, держали в резерве, честно говоря, я и не рвался, и даже радовался, что не придётся потеть, отбиваясь от многочисленных полчищ. Благо наши солдаты хорошо справлялись и сами, вовремя скидывая приставленные лестницы, щедро обстреливая штурмующих стрелами, бросая тяжёлые предметы вниз. Так продолжалось около часа, пока не проревела труба, возвещая об отступлении. Нас хотели взять с наскока, но здорово облажались, обломав зубы. Хотя скорее всего это была пробная атака, защитников проверяли на их стойкость и умения, оценивали возможности. При этом ни один маг нашей крепости в бой пока не вступал. Ну и отряд призраков ещё не показывал, на что способен. За что на меня недобро поглядывали гном с орком, парни явно чувствовали связь между моим походом к коменданту и нашим изгнанием со стены.

— Да не смотрите вы на меня так, их там всё ещё двадцать тысяч без полсотни максимум, вам двоим хватит. — Но аргумент не подействовал.

— Вэчно ты всё портишь, Рус. — Я просто проигнорировал несправедливое замечание орка.

И ушел в свои аппартаменты при казармах. Наступила ночь, но сон не шёл, я не забывал проверять радар и, как оказалось, не зря. В облаке пыльцы я отчётливо видел сотни людей, крадущихся к крепости со всех сторон, недолго думая, выскочил во двор и стал кричать, что снова начался штурм.

— Это правда? — Недоверчиво посмотрел на меня вымотанный комендант.

— Да, чистая.

— Откуда вы знаете?

— У меня свои секреты, десять групп крадутся, не спеша, с разных сторон, при себе у них лестницы и какие-то верёвки.

— Ну, смотри, если это неправда, отправлю в подвал. — Ляпнул комендант, чем меня окончательно выбесил.

— Сэр Пертинакс, мне, блин, заняться больше нечем, что ли? Благодаря кому вообще вы узнали о штурме? Давайте уже научитесь доверять союзникам. — Пристыдил я этого придурка. После чего он молча ушёл отдавать приказы.

— Как только они подойдут на выстрел стрелы, я сообщу вам. — Кинул я ему вслед.

Диверсанты здорово удивились, когда на них посыпались стрелы и заклятия со стен крепости, которые больше освещали пространство вокруг, нежели наносили урон. А удивление врага понять можно, ведь ранее никто из защитников и виду не подал, что противник был давно обнаружен, ни тебе дополнительных огней на стенах, ни увеличения численности, но как оказалось, весь гарнизон уже стоял на ногах, в добавок запуская болты и стрелы в обескураженного противника. После чего бедолаги, потеряв ещё больше людей, чем днём, вынуждены были отступить. Комендант, скотина, даже не извинился. Но мне было пофиг, ведь наконец можно было отправляться спать в относительной безопасности. К сожалению, контролировать радар во сне я не мог, потому периодически от волнения просыпался, проверяя, всё ли в порядке за стенами. Конечно, такой сон отдыхом назвать сложно, но на безрыбье и рак рыба. На следующий день случилось нечто странное, большая часть армии ушла, хотя внешне всё выглядело как прежде, но радар обмануть было сложно. К моей безмерной радости на нас просто забили, командование Лэмба посчитало, что нет смысла класть людей под стенами крепости, когда её можно просто окружить и отрезать от мира, и это вполне логичное действие, а дабы не вызывать у гарнизона желания на вылазки, основная часть их армии тихо ушла ночью, оставив палатки и горящие костры по периметру. Теперь дневная атака стала ещё понятней, нас не только прощупывали, но и показывали количество сил, которыми окружили, что отбивало любое желание даже у самых отчаянных парней соваться за стены. Короче, зря я упрашивал коменданта дать Ингану доступ к стенам, никакого штурма не будет. Я весело улыбнулся и, присвистывая, пошёл умываться.