Книга Маг, запирающий страны, страница 71 – Aki

Китайская Империя исчезла из вида спутников… Её место занял гигантский, сияющий саркофаг, внутри которого бушевал искусственно созданный апокалипсис.

«Ягуар» давно остановился. Сэр Кембридж затаил дыхание. В динамике слышался прерывистый, шокированный шёпот аналитиков из центра. А на экране, перед этим новым творением магии, по-прежнему стояла та же одинокая фигура. Безликая теперь в своём ослепительном сиянии, ставшая чистым антропоморфным воплощением ВОЛИ. Её глаза-солнца горели, отражая пламя собственного творения.

Оператор на том конце провода испуганно сглотнул.

— Сэр… что… что мы только что видели?

Кембридж медленно откинулся на кожаном сиденье, выдыхая. Весь его план, все тезисы, вся «новая реальность» Тихой недели — рассыпались в прах. Он смотрел на экран, где золотой бог только что перерисовал карту мира одним жестом.

— Мы видели, — его голос прозвучал чужим, усталым до предела, — конец эпохи суверенных государств. И начало эры, где есть только один суверен. И он только что… заперев одну страну, показал всем остальным, что ключ — у него. Джеймс, поезжайте обратно. В парламенте мне теперь делать нечего.

Доктор Линь Сяо. Подземный комплекс «Нефритовый Дракон», сектор «Наблюдение».

Воздух в аналитическом центре был стерильным и мёртвым, как в склепе.

Доктор Линь Сяо стояла у главного панорамного экрана, её пальцы впились в край консоли до побеления костяшек. За прошедшую неделю она словно бы иссохла, превратилась в тень себя прежней. Тёмные круги под глазами говорили о бессоннице, но в самих глазах, за стёклами очков, горел странный, лихорадочный огонь — смесь ужаса, отчаяния и… облегчения?

Она сдержала слово. Через два дня после кошмарного звонка от Вэя, развязав себе руки обещанием сотрудничества, она использовала аварийный, заложенный в полной секретности канал связи. Адресат — русский полковник Климов, чьи коды она нашла в архивах «Тени». Послание было простым: планы «Золотого Гроба», координаты ключевых объектов, и главное — информация о старейшине Вэй: «Он не человек. Он древнее зло, скрывавшееся в сердце нашей империи. Убейте его. Или он убьёт всех».

Ответа не было. Только тишина. Неделя ожидания стала для неё адом хуже, чем подготовка «Великой Санитарии». Она ждала удара — от Вэя, если он раскроет её предательство, или от русского бога, если он решит, что вся нация виновна. И вот удар пришёл. Но не такой, каким она его представляла.

Она видела спутниковую съёмку, тепловые карты, бешеные скачки магических сенсоров. Она видела, как Первый, именуемый теперь «Одином» или «Хозяином», поднял руки. Видела рождение глобальной сети магии. И видела, как эта сеть вцепилась в её родину.

Когда земля по границам империи начала вставать дыбом, в зале раздался сдавленный крик — молодой оператор упал в обморок. Другой начал истерично молиться. Линь Сяо не шелохнулась. Она смотрела, как вздымается в небеса золотой кокон, и в её груди, рядом с леденящим ужасом, расцветало нечто чудовищное и неистребимое — надежда.

Он не стал бомбить города, — пронеслось в её воспалённом сознании. Он не стал убивать миллиарды людей. Он… лишь изолировал нас. Оцепил. Как… как в лаборатории помещают опасный образец под колпак.

На экране внутренняя сторона барьера превратилась в инферно. Но её аналитический ум, даже сейчас, работал. Она ясно видела разницу: стихийные бедствия бессмысленны, жестоки. А это… это было системно. Ураганы из грунта и аномалии — уничтожение инфраструктуры и сельхозугодий вблизи границы. Молнии, бегущие по барьеру, по барьеру — создание непроходимой энергетической буферной зоны. Это была не месть. Это было… ограничение. Катастрофическое, ужасающие, запирание целой страны в тюрьму. Удаление угрозы из общего организма человечества и помещение её в карантин, где она может бушевать, не причиняя вреда другим.