Книга Пенрик и Дездемона. Книга 3, страница 12 – Лоис МакМастер Буджолд

Пен дождался, пока крестьянин развернется и покатит свою тележку по натоптанной тропе на дальней стороне большой канавы, затем махнул рукой. Негромкое жужжание над кучей смолкло. Мухи посыпались на землю как… мухи.

Шагнув вперед, Реде уставился на россыпь крошечных блестящих черных трупиков.

— Выглядит пугающе.

— Мне тоже понадобилось время, чтобы привыкнуть, но я уже четырнадцать лет должен кормить своего демона. Теперь это стало почти домашней привычкой. – Слово «кормить» было неправильным, прямой сброс хаоса скорее напоминал уничтожение, но Пен обнаружил, что слушатели намного лучше воспринимают этот термин, нежели более грязные материальные метафоры, столь же неточные.

Мух было много, но их маленьких жизней будет недостаточно. И кроме того, они кончились. Он мрачно выбрал и убил ворону, которая упала, не издав ни звука. И ничего не почувствовав, можно было утешить себя этим. Несколько любопытных сородичей приблизились и уставились на мертвую ворону с понимаемым недоумением. Скорбят ли вороны? Пен знал, что их бог скорбел. Он коснулся губ тыльной стороной большого пальца, прося прощения, хотя сам не знал, у чего или у Кого.

— Пока сойдет. – Пен вытер запястьем остывающий лоб. – Но раз уж мы здесь, покажите, где хранится еда и зерно.

На входе их задержал стражник, желавший узнать новости о больных товарищах по отряду. К чести Реде, его ответ был четким и честным, пусть и кратким, хотя Пен задумался, насколько исказятся слова целителя к тому моменту, как слетят с языка солдата вечером в казармах.

— Надеюсь, эти идиоты явятся ко мне при первых признаках болезни, – сказал Реде, оглядываясь назад, когда они шагали к зерновым амбарам. – Те, что не являются симулянтами, твердят, что с ними все хорошо, пока не свалятся замертво. Мастер Оридес говорит… – Он запнулся. – Говорил, что первые раздражают его намного больше вторых.

До позднего летнего заката Пен совершил еще пять походов между госпиталем, мусорными кучами и кладовыми. Он осмотрел и обработал каждого больного и помолился над каждым, но к тому времени как во второй раз добрался до первой палаты, на улице стемнело, а сам Пен валился с ног от усталости и голода. Он безропотно позволил Реде отвести себя в столовую для больничного персонала, где заглотил простой, но обильный армейский ужин, после чего рухнул на свободную койку в комнате, где спали санитары. Возможно, ее владелец скончался.

— Это помогает? – прямо спросил Реде, когда Пен шлепнулся на набитый шерстью матрас.

— Пока рано судить. Хотя иногда можно понять лишь то, что ты не успел. Если человек умирает, значит, это не помогло. А если выздоравливает, быть может, он бы справился и сам.

— М-м.

— Я чувствую себя пожарной цепочкой из одного человека, который бегает к колодцу, пытаясь потушить пожар, – пожаловался Пен. – Мне нужно ведро побольше. Или колодец поближе. Насос и шланг. Больше людей.

Может ли он привлечь больше людей? В Орбасе он знал только одного чародея-целителя, который служил в Ордене Матери в зимней столице герцога Джурго, однако тут мог пригодиться и более молодой чародей, под руководством Пена. Лечение было простым, не то что безумно тонкая работа по восстановлению выжженных кислотой глаз Аделиса. Демоны плохо работали вместе, но их можно было заставить работать параллельно.