Книга Пенрик и Дездемона. Книга 3, страница 114 – Лоис МакМастер Буджолд

— Цель этого предприятия – увеличить число таких людей, – сказал Пен.

И фыркнул, повернувшись, чтобы выровнять стопки в попытке симулировать прогресс. Его взгляд упал на письмо, которое он бросил этим утром на полуслове. Он не помнил, что собирался написать дальше. Пен кое-как завершил письмо, просто чтобы закончить хоть что-нибудь, и запечатал для отправки.

Подняв глаза, он увидел Никис, которая стояла, скрестив руки и прислонившись к дверному косяку, и изучала мужа, словно сложную мозаику. Он не знал, как давно она здесь стоит.

— Вы двое собираетесь в постель?

А. Вот одно сокровище, которое я бы спас из огня. Все просто.

Вместе с одним из твоих незаконченных проектов, съязвила Дез.

Давай, издевайся надо мной, посмотри, есть ли мне до этого дело.

С удовольствием, Пен.

— Да, прямо сейчас, – ответил он Никис. – Боги, да. Э-э…

По случаю рождения Рины Пен сочинил первое в жизни завещание, назначив Никис своим душеприказчиком, как и ее брат. Пока ему нечего было добавить в это завещание, разве что…

— Если, э-э, понадобится, все таблички, и черновики, и записи для второго тома Ручии нужно будет передать Раване в Догриту.

Ее лицо исказила гримаса, выражавшая одновременно понимание и глубокое неодобрение перспективы подобной необходимости. Но она сказала лишь:

— Полагаю, мы все предпочтем, чтобы ты сам его закончил.

— Не стану спорить.

— Знаешь, выходя за ученого, а не солдата, я думала, что покончила с такими прощаниями.

— Извини.

Он подошел к ней и обнял. В ответ она судорожно обхватила его руками. Он поцеловал ее в лоб, даря нежное обещание, выпустив жену из объятий лишь для того, чтобы погасить лампы. В последний момент повернулся, чтобы схватить экземпляр первого тома Ручии в дешевом тканевом переплете из стопки, которая некоторое время назад вышла из печатного станка Джурго. Затем последовал за супругой по периметру двора в их собственную спальню.

* * *

На следующее утро, ожидая, пока из канцелярии герцога доставят проездные документы – как фальшивые, так и настоящие, Пен принялся собирать вещи. В этом ему эффективно помогала Никис, привычная к армейским переездам благодаря покойному первому мужу, а также отцу и брату.

Рина и ее кошка бродили по спальне, привнося элементы хаоса и беспорядка, которые, по мнению Пена, отлично заменяли молитву его богу – покровителю всех двухлеток, как законнорожденных, так и внебрачных. Спорить с этим стали бы разве что бездетные теологи. Или теологи без чувства юмора, которых, по мнению Пена, насчитывалось немало. Он спас из хватки Рины свой пояс с ярким серебряным шнуром. Однако красный плащ остался при ней.

Никис достала из сундука его медицинский саквояж.

— Тебе это понадобится?

— Он неуместен для моей личности в этой поездке.

Вчера они поспорили об этом с Джурго. Пен отверг предложения путешествовать под видом целителя, или просвещенного святого, или другого храмового чиновника, поскольку это было слишком близко к его подлинной личности; писца он отверг как слишком скромного, а торговца тканями или специями – как слишком далекого от области его деятельности (хотя ненадолго задумался над аптекарем-оптовиком). В конце концов они сошлись на том, что он притворится продавцом редких книг и манускриптов. Джурго должен был снабдить его документами вельдского экспатрианта, живущего в Патосе, что объясняло чужестранную внешность. Такой человек легко мог отправиться в Тасалон за новыми товарами даже в неспокойные времена – и мог водить знакомство с кем угодно, как с аристократами, так и простолюдинами.