Книга На краю Земли, страница 64 – Сергей Измайлов, Сергей Хардин

— Подожди.

Я закрыл глаза. Не потому, что так магия работала лучше, просто меньше отвлекало зрение. Справа воздух шёл относительно ровно. Слева возле земли снова ощущалось знакомое «проваливание», в пределах всё тех же десяти метров.

— Слева сперва проверь жердью.

Степан ткнул землю раз, другой, на третьем движении ветка ушла почти целиком.

— Опять топь, — проворчал охотник. Ратмир посмотрел на меня уже совсем иначе. — Может, всё-таки назад к завалу? Прорубимся.

— И зачем?

— Да мы тут кругами ходим, — в голосе охотника уже отчётливо слышался страх.

— Ты видел, сколько там стволов? — спросил я с упрёком.

— Видел.

— Сколько часов понадобится прорубить хотя бы узкий проход?

Ратмир промолчал.

— Вот и всё. Мы сейчас обходим препятствие и всё ещё можем быстро двигаться. Назад к завалу вернёмся только в том случае, если действительно окажется, что прохода нет.

— Понял, ваше сиятельство, — пробормотал Ратмир и опустил глаза.

— Хорошо.

Я пошёл дальше. Дисциплина действительно вещь хрупкая, но держалась она не только на страхе перед командиром. Люди должны хотя бы понимать, почему ты принимаешь то или иное решение, даже если в действительности у тебя самого нет полной карты. Иногда достаточно видеть на один шаг дальше.

Ложбина вскоре вывела нас на пологий подъём. Когда поднялись наверх, бурелом уже остался позади.

Анатолий шумно выдохнул.

— Ну вот, всего-то сапоги промочили, — сказал десятник и посмотрел на Ратмира. — Лучше мокрые сапоги, чем сухие кости.

Степан неожиданно хмыкнул.

— С этим не поспоришь.

Но уже через несколько шагов охотник снова остановился, лицо его напряглось.

— Что не так? — спросил я.

— Тихо.

Мы тоже замолчали. Степан был прав, совсем тихо. Ни птиц, ни насекомых. Даже листья почти не шелестели. Я снова прислушался к «Чуткому ветру». В ближайших нескольких метрах ничего крупного не двигалось, но дальше навык уже не помогал. Именно поэтому слова охотника мне не понравились.

— Оружие приготовить, — произнёс я.

Меч вышел из ножен, по клинку пробежало слабое голубое свечение. Люди сразу подобрались.

Треск раздался секунд через десять, потом повторился. Где-то впереди ломались ветви, довольно тяжёлые.

— Полукруг! — приказал я. — Копейщики вперёд. Лучники за ними.

Люди перестроились, треск приблизился, послышался утробный рёв. А затем из-за деревьев вывалился медведь. Огромный, но не больше того первого чудовища, с которым я встретился сразу после попадания в этот мир. Выглядел этот зверь значительно хуже — на шее, плечах и части головы наросли серые костяные пластины, местами они срослись в почти сплошной панцирь, из трещин сочилась чёрная жидкость. Глаза горели больным жёлтым светом.

Система вывела надпись:

[Спороносный медведь. Третий ранг.

Состояние: выраженная агрессия.

Защитные покровы головы и плеч существенно усилены.

Наименее защищённые зоны: глаза, пасть, нижняя часть шеи, внутренние поверхности конечностей.]

— В голову не палить куда попало! — приказал я. — Глаза, пасть, шея снизу!

Степан успел выстрелить первым, стрела ударила медведя в плечевой нарост и отлетела.

— Понял, ваше сиятельство, — пробормотал охотник.

Медведь рванул вперёд. Быстро, даже слишком быстро для такой туши. Первым на его пути оказался молодой копейщик, парень выставил оружие.