Книга На краю Земли, страница 176 – Сергей Измайлов, Сергей Хардин

— А рука?

— Потом разберёмся, ваше сиятельство. Сначала пусть проснётся.

Я кивнул и больше не спрашивал.

Павших хоронили ближе к полудню возле храма. Долгих речей я не готовил. Люди стояли вокруг свежих могил молча, и любые красивые слова сейчас показались бы мне лишними.

— Поречье устояло благодаря им, — произнёс я. — Пока здесь стоят наши дома и живут наши люди, их имена не забудут.

Этого оказалось достаточно.

Яков плакал, даже не пытаясь скрыть слёз. Однако спустя совсем немного времени он нагнал меня возле амбара со своей неизменной табличкой.

— Ваше сиятельство, — хрипло произнёс староста, протягивая дощечку. — Записал повреждённые дома, семьи погибших и тех, кому сейчас нужна помощь. Ещё отдельно стены и башню.

Я просмотрел записи.

— Семьи погибших ставьте первыми. Никто не должен остаться без крыши или хлеба потому, что кормилец погиб на стене. После этого — самые опасные повреждения укреплений.

— Сделаю, ваше сиятельство.

Яков засеменил дальше. Глядя ему вслед, я вновь подумал о странной человеческой способности продолжать жить даже тогда, когда несколько часов назад казалось, что жить уже некому. Никто не требовал бросить Поречье, никто не собирал пожитки.

Людям было страшно, они потеряли близких и прекрасно понимали, что нападение может повториться. Но теперь они знали и другое: тварей можно остановить, их стены выдержали, и они сами выдержали вместе с ними.

* * *

К вечеру я спустился в церковное подземелье, Мирослав уже находился там. Основной Камень Жизни мерно светился в центре помещения. Ночная битва сама по себе не сделала его сильнее: энергия погибших чудовищ не перелетала в кристалл чудесным образом, да и собранные осколки мы пока не использовали.

Я подошёл ближе и сосредоточился. Перед глазами появились знакомые строки:

[Камень Жизни Поречья.

Ранг: 3.

Энергетическое насыщение: 75 %.

Состояние: стабильное.]

Значит, по крайней мере здесь ничего не ухудшилось.

На отдельном каменном основании лежало ядро Заставы. В его глубине время от времени вспыхивал слабый зелёный огонёк, отвечая на пульсацию большого Камня. Ядро не восстановилось, не стало полноценным узлом, но и не угасло.

— Кажется, после вчерашнего оно реагирует немного увереннее, — заметил я.

Мирослав подошёл ближе.

— Возможно, ваше сиятельство. А возможно, мы просто научились лучше замечать его отклик. Пока я бы не стал делать выводов.

— Значит, не трогаем.

— Именно это я и хотел услышать.

Старик несколько секунд молчал, после чего посмотрел на меня.

— Сегодня вы сохранили Поречье не как хозяин земли и не только как воин. Вы увидели то, чего остальные не заметили, и сумели использовать связь с Камнем и собственный Дар. Если прежде у меня ещё оставались сомнения, теперь их нет.

Я приподнял бровь.

— О чём именно?

— Вы действительно стали Хранителем Поречья, ваше сиятельство. Не потому, что так решил я или кто-то назвал вас этим словом. Потому что теперь этот узел держится в том числе на ваших решениях.

Я некоторое время молчал. Звание не вызывало особого восторга. За каждым красивым названием здесь обычно скрывалось множество новых проблем.

— Очень надеюсь, что к этому званию прилагалась хотя бы инструкция.

Мирослав усмехнулся.

— Если найдёте, обязательно покажите и мне.

Я уже собирался уходить, когда взгляд случайно задержался на старом каменном сундуке в дальней части подвала, где лежала Книга.