Книга Истинная ведьма дракона, страница 37 – Анна Солейн

— Фиар, не двигайся, — прозвучал напряженный голос.

Сеймур сидел в своей роскошной кровати и напряженно смотрел на дверь.

Я старательно заставила себя отвернуться и не смотреть на голый торс Сеймура. Потому что посмотреть было на что! Бугрящиеся мышцами напряженные руки, широкая грудь, узкий живот, перечерченный кубиками. Так, не смотреть. Не смотреть! А почему он вообще такой серьезный?

Проследив за взглядом Сеймура, я моргнула. Хмыкнула. А потом засмеялась в голос.

— Фиар! Что ты… Я же просил! Да чтоб тебя, ты вообще понимаешь, что это!

Я отмахнулась, пытаясь унять смех.

Я отлично понимала, что это. А вот ты, Сеймур… ты в доме темных. И еще не до конца осознал, куда попал.

— Фиар, осторожно.

Он поднялся с кровати и, подойдя вперед, встал между мной и дверью.

Я попыталась унять смех, уткнувшись лицом в подушку. Краем сознания я успела отметить, что вид у меня открылся весьма… интересный. Но даже рельефная спина Сейрура (и не только спина, все остальное тоже было весьма рельефным) не могла отвлечь меня от того, что происходило в комнате.

Дело в том, что дверь, еще вчера надежно запертая, сейчас была приоткрыта. А рядом, у порога, стояли… куры. Пестрые такие, хохлатые — отец их разводил. Правда, сейчас у кур были горящие красные глаза, голодно открытые клювы и неестественно свернутые шеи. Всего кур было штук десять.

Присмотревшись к ним еще внимательнее, я буквально покатилась со смеху. Курицы даже не дернулись. Дела до меня им явно не было: все куры, как одна, смотрели на Сеймура остановившимся фанатичным и голодным взглядом. И этот взгляд мне, определенно, что-то напоминал.

И из-за этого я все никак не могла перестать смеяться.

— Фиар… — возмущенно рявкнул Сеймур.

Я закивала и попробовала ответить — но не смогла. Пытаясь справиться с весельем, я упустила момент, когда одна из куриц, издав боевой клич, бросилась на Сеймура. Тот, продолжая смотреть на меня, выставил вперед руку — и курица налетела на полупрозрачный золотистый барьер.

Отскочила от него, упала на пол и, издав еще более громкий и агрессивный звук, не животный и не человеческий, какой-то потусторонний, снова попыталась добраться до Сеймура. Остальные последовали ее примеру — и от громких злобных криков заложило уши.

Спустя несколько секунд стало тихо: Сеймур, вдобавок к щиту, создал купол тишины.

— Фиар, — рявкнул он, — ты знаешь, насколько опасными могут быть эти твари? Ты понимаешь, что это носферату? А если бы я проснулся позже? Ты понимаешь, что с тобой могло бы случиться? Они бы тебя сожрали!

От неожиданности я даже перестала смеяться, села на постели и растерянно моргнула. Он что, за меня переживал?

— Со мной? А причем здесь я?

В этот момент курицы, скооперировавшись, ударились о щит Сеймура все разом. Щит пошел рябью, и Сеймур поморщился: видимо, не ожидал от противника такой хитрости.

— А как ты думаешь? Эти существа оказались на пороге твоей комнаты и, если бы я не проснулся раньше, — не оставили бы от тебя даже костей. Ты вообще знаешь, с чем имеешь дело?

О, я знала, отлично знала! Кто из нас темный, Сеймур? В отличие от туповатых и безобидных зомби, которые были, в общем-то, ошибкой природы, носферату являлись кровожадными, плотоядными, вечно голодными и быстрыми тварями. Которых поднимают из мертвых темные колдуны для своих… целей.