Книга (Не)случайная наследница чайной, страница 74 – ЮЭл

— В центр! – ее голос был хриплым шепотом, пропитанным усталостью и напряжением. – Клади его! Быстрее!

Сердце колотилось в груди как раненная птица. Я осторожно опустила безжизненное тело Ноа в нарисованный круг. Земля под моими коленями дрожала в унисон с моей паникой. Ветер, до этого легкий и ласковый, взбесился, срывая с полок пергаменты, сухие травы и забытые амулеты. В доме воцарился хаос, отражение бури, бушующей внутри меня

Тейя шагнула внутрь круга. Ее фигура поблескивала изнутри, как искусно ограненный кристалл, сквозь который проходил лунный свет. Она казалась хрупкой, неземной, но в ее глазах горел решительный огонь.

— Я отдаю, – ее голос звенел в воздухе, как колокольчик. – От себя. От имени своей жизни, прожитой и непрожитой. Пусть живет он. Пусть его жизнь станет продолжением моей.

Они знали что делать. Каждый из них. Скит и Рамин, которые спустились, как только я начала рыдать в голос, создали вместе с Асирой треугольник, за пределами круга. Последняя превратившись в призрачную старушку, прошла к нам и приложила костлявую прозрачную руку к груди Тейи.

Воздух содрогнулся, затрещал от напряжения. Пламя в очаге взметнулось в потолок, окрашивая стены в багровый цвет, а затем резко погасло, погрузив комнату в зловещую темноту. В тишине раздался хруст – будто ломались кости, или, наоборот, – что-то немыслимо сложное собирало себя заново. От сердца той, в чьем теле я была незваным, но призванным гостем, отделилось сияние, чистое и яркое, как утренняя звезда.

Тейя опустилась на колени рядом с Ноа, ее лицо исказилось от боли и одновременно – от облегчения. Она нежно прикоснулась к его холодной груди.

Свет вырвался из ее ладоней, словно выпущенный на свободу джинн, тогда как Асира, с нечеловеческой ловкостью, отделила от ее сердца такой же сгусток света и перенесла его к сердцу Ноа. Чайная осветилась ослепительным светом, от которого защипало глаза. Тейя улыбнулась, ее губы дрогнули в прощальной полуулыбке, сделала глубокий, надрывный вдох и испарилась, подмигнув мне на прощание. Исчезла, как утренний туман под лучами солнца. По моим щекам беззвучно потекли слезы, обжигая кожу.

Ноа закашлялся.

Я взвизгнула – не от страха, а от неконтролируемой, всепоглощающей надежды, которая пронзила меня, словно молния. Его веки затрепетали, глаза дёрнулись под ними. Он жив!

— Дышит! – выкрикнула я, захлебываясь от эмоций. – Он… он дышит! Вернулся!

Но когда я подняла взгляд, ища поддержки и разделяя чудо, в круге была только его неподвижная фигура. Тейя исчезла. Духи испарились, оставив лишь запах озона и горьких трав.

— Всё получилось, – тихо прошептала Асира, в невидимом обличии мне на ухо. Ее голос был слабым, почти неслышным. – Но цена… заплачена.

Я не могла говорить. Только стояла, сжимая руки в кулаки, и глядя в пустое место в круге, где ещё секунду назад была она.

Тейя. Та, кто сначала дала мне жизнь. А теперь — ему.

Я сидела рядом с ним, сжимая озябшие пальцы в кулаки и каждую минуту наклоняясь, чтобы проверить: дышит ли? Лёгкое движение груди, тёплый пар на губах — всё ещё с нами. Всё ещё не ушёл. Внутри — тишина, вязкая, тоскливая. А снаружи — слёзы, медленные, солёные. И такие бесконечно чужие.

Тейя ушла. Та, чьё тело я ношу, как чужой, неуместный наряд. Та, чью душу я забрала, как вор. Нет, как паразит. Она покинула этот мир — тихо, без борьбы, как будто устала, как будто приняла. Но должна была уйти я. Я. Я была лишней в этой истории, в её жизни, в этом теле.