Книга (Не)случайная наследница чайной, страница 21 – ЮЭл

— Если этот мальчишка ко мне прикоснется, я за себя не отвечаю, – проворчал Рамис, и его голос прозвучал с каким-то зловещим шипением. В следующее мгновение он исчез, растворившись в потолке, словно дым.

— Девочка, – предостерегающий шепот Асиры опалил мое ухо. Она возникла у меня за спиной совершенно бесшумно, как тень, в тот самый момент, когда Генас, вытянув вперед руку, двинулся в сторону Скита, с нескрываемым интересом разглядывая его. – Это плохо.

Само собой, плохо. Хуже некуда. Но что теперь делать? Паренек увидел духов. Он знает о существовании потустороннего мира.

Я рванулась вперед, перехватывая Генаса за руку. Его пальцы, уже почти коснувшиеся призрачной фигуры Скита, застыли в воздухе.

— Генас, стой! – Мой голос дрогнул, выдавая волнение, которое я отчаянно пыталась скрыть. – Не надо их трогать.

Он обернулся, и в его глазах плескалось такое искреннее недоумение, что я едва не сдалась. Как можно объяснить ребенку, что то, что он видит, – это тайна, которую нужно беречь ценой собственной жизни?

— Но они же настоящие! – воскликнул Генас, вырывая руку. – Они светятся! Ты их тоже видишь? Почему ты ничего не говорила?

Я закусила губу. Правду говорить нельзя. Нужно импровизировать.

— Это… это…– Слова застряли в горле, словно кость.

— Они твои друзья?

Друзья? О нет! Эти светящиеся сущности были скорее бременем, маленькой тележкой, прицепленной к огромному вагону в виде чайной.

— Генас, о них…

Но мальчишка, словно маленький сыщик, уже сам догадался.

— Никто не должен знать о том, что ты разводишь призраков. – Его глаза блеснули от восторга. – Слушай, а можно я буду приходить и играть с ними?

Голос из-под потолка, недовольный и скрипучий, прервал наш разговор:

— Я все еще требую своего чая. И выгоните мальчугана из нашего дома.

Хорошо хоть не сказал «моего», – промелькнуло в голове с саркастической ноткой.

Генас, словно испуганный щенок, подбежал ко мне и схватил за руку:

— Не прогоняй меня! – взмолился он. – Я помогу открыться. А спать могу здесь, прямо на полу.

Сердце больно сжалось. Воспоминания о собственном сиротском прошлом волной нахлынули, чуть не заставив меня разрыдаться. Чудом удержалась. Сопли сейчас были совершенно неуместны. Дел выше крыши, помощи от духов никакой, а Генас… возможно, он – моя последняя надежда.

— По рукам, – согласилась я, глядя в его полные надежды глаза. – Только держи язык за зубами, не ной и не бездельничай. Договор? Я протянула ему руку для рукопожатия.

— Договор! – с широкой улыбкой на лице провозгласил юный сиротка, принимая свою новую «должность». Так, в моей жизни появился еще один незваный гость, готовый делить со мной тяготы и странности этого проклятого дома.

— Ти! — Палец Генки, словно стрела, указал на солонку, вынырнувшую из сумрака в свет. Точнее, на вполне конкретную чашку, зажатую в пухлых руках госпожи Марлин. Эта дама, едва переступив порог нашей скромной чайной, умудрилась выдать: «У вас тут, конечно, уютненько… Но пыль! Дышать просто нечем!»

Пыль, между прочим, протирал Скит. И, само собой, возмутился до глубины своей мелкой, но злобной душонки. Это уже третья его попытка испортить чай этой важной даме. Я, конечно, понимаю его праведный гнев, но терять одного из шести посетителей ой как не хочется. Тем более Генас прошептал, что это – главная сплетница города.