Книга Варвара выступает в поход, страница 143 – Салма Кальк

— Много слов, Аль-Адиль, – сказал дед неожиданно сурово. – Так, оставшийся страж. Ты сейчас пойдёшь и приведёшь сюда моего внука. И тогда я отдам тебе девку, и разрешу забрать твоего принца. И мы уйдём. Аль-Адиль тоже уйдёт. И принц не будет нас преследовать.

— Не ходи, – встряла я.

И получила под рёбра, не поняла чем – разом стало и больно, и холодно. Согнулась, мышечный спазм, и что там ещё… дед ослабил хватку, решил, что мне достаточно, я же собралась и двинула его ногой – примерно в коленную чашечку. Нога у меня хорошая, сильная, тоже должно было стать больно.

О да, стало. Он, кажется, обиделся, выпустил меня… мне того и надо было. Я обернулась к нему.

Наши заклятья слетели с кончиков пальцев разом. Его – пролетело сквозь меня и кажется, попало в кого-то, во только в кого? А моё досталось ему под дых, и он… замер с разинутым ртом.

Зато отмер Лео. Мгновенным движением вынул кинжал и приставил его к горлу Звездочёта.

Я потрогала Аль-Карима – стоит. Деревянный, с разинутым ртом – но сердце бьётся. Отошла, опустилась на пол, потрогала принца – тёплый, дышит. Взяла за руку, попробовала влить немного силы.

— Рассказывай, – сказал Лео Звездочёту. – Что за заклятье вы наложили на дворец, и как его снять.

Звездочёту, надо сказать, было ничего так – судя по всему, раз он был за моей спиной, то в него и попало то, что пропустило оказавшееся иммунным к заклятьям некроманта тело Барбары. Кисти рук чернели на глазах, ноги мелко подёргивались – неужели мне грозило вот это? И он ведь дышал, и глазами моргал, и силился что-то сказать. И очевидно не мог.

— Не живой, и не мёртвый, – горько усмехнулся Лео.

— Добей его, что ли. Может, хоть нежить оставшаяся подохнет, – вдруг проговорил принц. – Или ты знаешь, как его разговорить?

— Не знаю, – покачал головой Лео. – Ему хорошо так досталось – с проклятием.

— Туда и дорога предателю, – сверкнул глазами принц.

В глазах Звездочёта что-то такое промелькнуло – да ненависть это, лютая ненависть, вдруг поняла я. Он пошевелился, явно превозмогая себя, поднял чёрную-чёрную руку…

— Лео, берегись! – выдохнула я.

Лео переложил кинжал в левую руку, правой подхватил с полу так и лежащий там меч, который в начале вытащил из воздуха принц, и меч вспыхнул, снова вспыхнул.

Чёрная отрубленная кисть покатилась по полу, стала подниматься вторая… Лео не стал ничего более ждать и просто отрубил изменнику голову.

А потом обернулся к нам, и мы с принцем синхронно разинули рты. Потому что его лицо текло и плавилось, и пропадали такие знакомые, такие привычные, и что говорить, такие любимые мною черты – да, вот сейчас, сидя на полу и держа принца за руку, я понимала, что лучше Лео не было никого в обеих моих жизнях. А… что это с ним теперь?

Меч пылал, Лео смотрел на него в своих руках и как будто не верил, а мы смотрели на Лео… и проморгали вторжение.

Растрёпанный парень взялся всё равно что ниоткуда за спиной Аль-Карима. Тьфу, это ж тот внук, о котором тут торговались! Мы с принцем вскинули руки блокируя всё, что можно, но парень сказал:

— Я не трону вас. Вы не убили меня, хотя и могли. Но я заберу деда. И сниму его заклятье, прямо сейчас. Стихийная часть уже снята, и если не поторопиться, то все ваши просто не проснутся.

Он что-то сделал с Аль-Каримом, тот обмяк и перестал таращиться, закрыл глаза и захрипел. И тут же что-то где-то грохнуло, посыпалось сверху, зашевелились люди в королевской спальне («А? Что? Где мы? Где его величество?»), завопили в коридоре.