Книга Город веселья и злобы, страница 95 – Алексис Л. Менард

Пассажиры приглушенно забормотали – звук напоминал жужжание мух, слетевшихся на дерьмо. Как-то так я и оценивал честность этой сделки.

— Я правильно понимаю: вы готовы отпустить нам все грехи, если я отдам вам ключ?

— Именно.

— Сгори в Пустоте.

Люди позади него приготовились нападать, держа оружие наготове.

— Мы уйдем отсюда только с ключом, Аттано. Отдай ее, или мы заберем ее сами – через твой труп. Есть два пути – простой и сложный. Думаю, твои люди будут рады, если ты передумаешь.

Судя по тоске в их глазах, он был прав. То, как этот Страж пытался манипулировать мной, склоняя к нужному им решению, было забавно. Я медленно улыбнулся, сжимая кулак.

— Увы, я уже пообещал одному очень близкому человеку, что не буду сегодня хорошим. Не пытайся взывать к моему сердцу, Страж. Уверяю, оно не в этом вагоне.

Пассажиры одновременно вдохнули. Они не понимали, почему так важно было не выдать Миллу. Скорее всего, они, как однажды упомянул Регулус, считали, что я просто думаю не той головой, что на плечах, а потому обозлились. Один за другим их доверчивые взгляды сменялись злобными, однако, если слова этих бродяг с Континента действительно что-то значили, След Миллы важно было держать подальше от города и от алхимика, который заправлял в нем.

Если сказать еще проще, Камилла была моей.

— Как вам угодно, – безразлично ответил он.

Он направил пистолет в мою сторону, и я приготовился к удару.

— Нико, впусти меня! – раздался голос Миллы.

Стражи тут же забыли о пассажирах и ломанулись к баррикаде за моей спиной. Я бросился на одного из них, крикнув пассажирам, чтобы помогли мне их остановить. Однако я утратил их поддержку, выбрав Миллу, а не их жизни, и они еще долго этого не забудут.

— Держите его.

Один из них заломил мне за спину здоровую руку и швырнул меня на колени. Второй приставил дуло к моему виску, угрожая застрелить, если я хотя бы пошевелюсь. Я стиснул зубы, наблюдая, как двое Стражей убирают баррикаду, освобождая вход.

Я увидел ее на другой стороне вагона и закрыл глаза, прогоняя из головы ее образ.

Когда я открыл глаза, она все еще стояла там, нацелив револьвер на первого Стража.

— Скажи своим людям не вмешиваться, отпустите пассажиров, и я сделаю все, что вы скажете.

Страж ухмыльнулся под маской.

— По крайней мере, вы можете рассуждать здраво, в отличие от вашего мужа.

— Тот, кто хочет всего и сразу, никогда не добьется успеха в переговорах.

Она слегка опустила оружие, все еще избегая смотреть на меня. Где ее братья? Почему Арамис ее выпустил и какого хрена не отговорил?

И что на ней надето?

Одежда на ней была мужская: рубашка не по росту, заправленная в штаны, туго затянутый на талии ремень. Она безропотно отдала оружие Стражу, позволившему ей подойти ко мне. Моя рука все еще была заломлена за спину, дуло пистолета все еще упиралось в висок, так что я не смог обнять ее в ответ, когда она обвила руками мою шею.

— Милла, что ты делаешь?

Я кипел от злости – не на нее, но эта ярость рвалась наружу.

Она прижалась губами к моему уху.

— Заканчиваю то, что начала Сэра. Не спускай глаз с белобрысых выродков.

Я напрягся. Она отстранилась и посмотрела на меня. Ее карие глаза были слишком темными – без знакомого золотисто-зеленого оттенка. Человек в ее обличье поцеловал меня – на удивление агрессивно, ничего общего с ее обычной мягкостью.