Книга Город веселья и злобы, страница 98 – Алексис Л. Менард

Лотар помог мне подняться, усадил в кресло и прибрал вокруг, в первую очередь занявшись мертвым Стражем, со вздохом оценив, насколько он большой и тяжелый.

— Увы, босс, всего горстка людей знала, что мы с освобожденными заключенными поедем на поезде в Линчхэвен. Всем им Нико доверял. Большинство из них в этом участвовало. У этих мордоворотов из Общества не было времени добраться с острова до дома и спланировать нападение.

— Значит, оно было запланировано с самого начала, – сказала я.

Он кивнул, мрачно посмотрев на меня.

— Кто-то в этом поезде – предатель. – Его неопределенный взгляд в сторону моих братьев камнем лег мне на сердце. – И Нико обязательно выяснит, кто именно.

— Как себя чувствуешь? – спросил я у Миллы, когда мы свернули на отдельную дорогу, ведущую к поместью Аттано.

Одежду, перепачканную кровью Стража, она сменила на теплые обтягивающие брюки и темно-красный свитер до середины бедра. На ней все еще было мое пальто: она убеждала меня, что линчхэвенские зимы для нее слишком суровы.

Милла прикусила нижнюю губу, глядя в замерзшее окно.

— Не терпится всех увидеть.

Я слегка сжал рукой ее колено, радуясь, что сиденье экипажа было достаточно широким, чтобы я мог сесть рядом. Волосы она аккуратно зачесала наверх, открыв прекрасную тонкую шею.

— Понимаю, но беспокоиться не о чем. Они очень скучали по тебе, Милла. Особенно бабушка скучала по тебе на кухне. Каждый раз напоминала, какие мы неумехи, когда дело касается готовки.

Она усмехнулась.

— Как она?

— Стареет.

— Нико, ну правда, – сказала она, уже не сдерживая улыбки.

Я вздохнул.

— Думаю, годы начинают брать свое. Она уже не такая бодрая, как раньше. Она не ругалась на меня с того дня, как тебя похитили, хотя я давал ей для этого кучу поводов.

Улыбка сошла с ее лица.

— Это плохо, – пробормотала она. – Может, она просто… устала. Не знаю. Она не может умирать. Пока нет.

— Нет, принцесса. Пока нет. Уверен, она будет жить и изводить нас еще много лет.

Милла лишь нерешительно кивнула и снова перевела взгляд на проплывающий за окном пейзаж.

— Ты нанял больше охраны.

Не вопрос, а наблюдение: заметила людей за железной оградой, отзеркаливших ее настороженность.

— На нашу территорию теперь мышь не проскочит незамеченной. Дом и вовсе неприступен. Здесь ты всегда будешь в безопасности, можешь даже не сомневаться.

— Что насчет остального Роу?

От одной мысли о том, что она может выйти за пределы поместья, сердце начинало бешено стучать. Но не мог же я вечно держать ее по замком, как бы мне этого ни хотелось.

— При должном сопровождении – и в Роу тоже.

Экипаж остановился, когда асфальтовая дорога сменилась гравийной. Милла глубоко вздохнула, увидев дом, и даже не стала утирать слезы, которые потекли по ее покрасневшим щекам.

Вот оно. Этот момент стоил каждой бессонной ночи, каждой пули в спину, каждого дня, полного планов ее спасения. Я быстро взял ее за руку и поцеловал, радуясь, что она рядом.

— Добро пожаловать домой, любовь моя.

Она моргнула и посмотрела на меня, словно мои слова ее удивили. Но прежде, чем я поднялся с сиденья, экипаж остановился у восточного входа, и мое семейство, ждущее у дверей, быстро привлекло ее внимание.

— Я отправил Гидеона вперед, чтобы предупредил их, – объяснил я. – Выпущу тебя первой. Эсме, кажется, взорвется, если ей придется ждать еще хоть секунду.