Книга Город веселья и злобы, страница 168 – Алексис Л. Менард

Джеремайя задержался у двери, слушая нас и покуривая сигариллу.

— Не обращайте на меня внимания. Просто хочу знать, стоит ли мне собирать вещи или нет.

— Подожди пока. – Я попыталась вселить в него уверенность и улыбнулась, но улыбка тут же погасла. Я воспользовалась возможностью уйти. – Я в любом случае собираюсь вернуться в дом на случай, если вдруг Нико скоро вернется. Нам нужно… о многом поговорить.

Арамис фыркнул.

— Да уж.

Не обращая на него внимания, я прошла в прихожую, но последний вопрос заставил меня обернуться.

— Можно тебя кое о чем спросить?

Он неопределенным жестом показал, что ему все равно некуда деваться.

Я нервно облизнула губы, не зная, как точнее выразить то чувство неопределенности, что подтачивало меня изнутри.

— Можем ли мы доверять тебе, Арамис?

Он дважды моргнул, словно для ответа ему требовалось время, затем поднялся и положил руку на открытую дверь.

— Ты можешь мне доверять, Камилла. Все, что бы мы ни делали, – он бросил беглый взгляд на Джеремайю, – мы делаем для тебя. Помни об этом всегда.

Он закрыл дверь прежде, чем я успела спросить что-то еще.

Нико не пришел домой, как обещал.

Я беспокойно ворочалась в постели: уснуть, не ощущая его рядом, было трудно. Я много ночей провела на холодном полу тюремной камеры в темноте и одиночестве, а с ним отвлекалась от воспоминаний, так и спешивших напомнить о себе, стоило мне закрыть глаза.

Оставаясь одна, как сегодня, я снова переживала каждое мгновение в камере, каждое мгновение испытаний. Мысли обо всем, что мне нужно было сделать иначе, мучили меня на грани сна и яви, пока я не открыла глаза и не уставилась на полог кровати.

В животе все горело, и, поняв, что попытки отдохнуть не увенчаются успехом, я отправилась вниз что-нибудь перекусить.

Там уже была бабушка. Она склонилась над столом и месила большой ком только что заведенного теста.

— Бабуля?

Она быстро посмотрела на меня снизу вверх, и ее постоянно хмурое лицо немного смягчилось.

— Bella donna, ты с чего это на ногах в такую рань?

— Я могла бы и у вас спросить то же самое. – Она выразительно подняла бровь, настаивая, чтобы я ответила как есть. Я пожала плечами и уселась на высокую табуретку напротив. – Я не могла уснуть. Нико ушел ночью и не вернулся.

Она понимающе кивнула.

— Он скоро придет. Я слышала, что произошло прошлой ночью. Прежде чем двигаться дальше, стоит дать всем остыть.

— Думаете, у нас получится? – спросила я. – Двигаться дальше. Он целился моему брату в лицо из револьвера.

Бабушка цокнула языком.

— И не стоило бы ему этого делать. Не оправдываю действий своего внука, но Николаи никогда не поднимает оружие и не использует След без причины. Любопытно узнать, что заставило его на это решиться.

Я чертила пальцами круги в рассыпанной по столу муке.

— Он не доверяет моему брату. Вот в целом и все.

Она прервалась.

— А он ошибается?

— Да, – сначала ответила я, однако ответ больше напоминал ложь во благо, причем даже не столько бабушке, сколько себе самой. – Наверное. Нет. Не знаю.

Уронив голову на руки, я дала волю слезам, которые постоянно сдерживала, а теперь у меня не хватало на это сил – словно трубу прорвало от слишком высокого давления.

Что-то беспокоило меня с момента взрыва. Нико сказал, рычаг сцепки заклинило, однако именно мой брат прицеплял вагоны. Почему наш вагон был в порядке, а их – нет? Потому что, если бы он действовал против Аттано, возможные мотивы его действий были бы еще более зловещими.