Книга Найду тебя. Часть 1, страница 2 – Маша Малиновская

Звуки и смех стихают, когда раздаётся этот спокойный, даже слегка ленивый, ледяной голос. Он звучит глухо, давит, делая воздух вязким.

Я узнаю этот голос. Слышала уже как-то в университете.

Это Кирилл Вяземский. С четвёртого курса. Он у них главный.

От его взгляда мурашки по коже бегут, и душа в пятки проваливается. И лучше, чтобы этот взгляд на тебе никогда и ни за что не останавливался.

— Да ладно, Кир. Всё равно гуляем сегодня.

— Говорил же, мы не трогаем посторонних, — звучит всё так же тихо, но в голосе уже чувствуется стальная тяжесть.

— Я же аккуратно, — ржёт тот.

И замолкает. Быстро. Слишком быстро. Будто тухнет.

— Не тупи, — снова голос Вяземского. Всё так же спокойно. — И давай завязывай с девкой.

Они все замолкают. Этот, что говорил про девушку, цокает, но остальные и звука не издают.

Я замираю, едва дыша. В голосе Вяземского… будто что-то ненормальное. Давит на психику. Не угрожает вроде бы прямо, но просто выталкивает из тебя чувство безопасности.

Снова слышится женский вскрик, и напротив барной стойки на пол приземляется девушка. Вся в слезах, блузка на груди разорвана и видно нижнее бельё. Она съёживается, подбирая коленки, затравленно смотрит в сторону зала.

А потом замечает меня.

Её глаза расширяются, подбородок дёргается, но я прикладываю палец к губам и смотрю на неё умоляюще.

Только не выдай меня, прошу. Пожалуйста.

Девушка зажмуривается и обхватывает себя руками, пытаясь стянуть края блузки на груди.

А вакханалия в зале продолжается. Треск мебели, звон битого стекла, хохот, ругань. Кажется, они заняты своим, и я понимаю, что сейчас момент, чтобы попытаться выбраться. Надо только проскочить в коридор за залом, а там через кухню сбежать через рабочий выход.

Я делаю глубокий вдох и на мгновение прикрываю глаза. Девчонка снова бросает на меня взгляд, и я даю ей знак быть наготове.

Кто-то из ублюдков включает на смартфоне какой-то тошнотный рэп и залезает на стойку бара.

Я же, резко выдохнув, бросаюсь к девушке, хватаю её за руку, помогаю подняться, и мы несёмся через весь зал к проходу.

— А ну стоять, сучки! — слышу окрик, и ощущение, что мне пятки огнём опаляет. — Держи их!

Но, как назло, девушка спотыкается и падает на колено уже у самого прохода.

Эта секунда промедления может стоить нам… всего. Не исключаю, что даже жизни.

— Давай же, — дёргаю её за руку, а сама изо всех сил толкаю ногой стул, как раз в сторону рыжего верзилы, что бросился за нами.

Это спасает нас. Даёт доли секунды, чтобы мы успели дать дёру, потому что рыжий спотыкается через стул и с трёхэтажным матом падает под смех своих товарищей.

Но в это же мгновение, всего на миллисекунду, я ловлю взгляд Кирилла Вяземского. Острый, пронизывающий, от которого все внутренности будто сжимаются.

Этот взгляд парализует, и я теряю такие драгоценные секунды. Рыжий пытается подняться, и я хватаю с крайнего стола полупустую бутылку с коньяком и швыряю в него, но руки настолько не слушаются, что промазываю. Бутылка разбивается о стену, осколок отлетает и вонзается прямо в скулу под глазом Вяземскому.

В зале наступает гробовая тишина, а по его щеке стекает тонкая струйка крови.

Теперь мне точно конец.

— Пошли! — девчонка дёргает меня за руку, я отмираю, и мы пускаемся наутёк.