Книга Тайга заберет тебя, страница 46 – Александра Косталь

— Смотри. Чем больше сопротивляешься, тем ему играть интереснее. И тем хуже тебе придется.

Варя не ответила, а лишь снова указала на дверь.

Именно в этот момент на пороге кухни появилась мама. Она бегло осмотрела обстановку, поджимая губы и направляя на дочь осуждающий взгляд. Возмущению ее не было предела.

— Ой, а вы уже уходите? Варь, ты зачем в кухню грязную лопату притащила, еще и перед гостями?

— Фокусы показывала, – выдохнула она, не прерывая дуэли взглядом с Ириной. Старуха улыбалась ей так приветливо, что по коже полз предательский холод. Неужели мать этого не замечала? – В самом деле, им уже пора.

Но та легко замотала головой.

— Что вы, мы никуда не торопимся. К тому же Лена что-то совсем застряла в ванной, пойду помогу, что ли.

Мама обменялась с ней улыбками, а едва дверь за соседкой закрылась, в Варю полетело полотенце.

— Ты что опять устраиваешь? Хочешь, чтобы мы и здесь жили как отшельники? – гневно зашептала мать, тряся дочь за плечи. – Милейшие люди, а ты им лопатой угрожаешь!

— Они напугали Славу! – тем же тоном ответила она. – А мне угрожали!

Та не поверила. Она всегда верила кому угодно, но не собственной дочери.

— Чем тебе учительница и бабушка на пенсии с малолетней девочкой на руках могли угрожать? – едва удерживая смех от глупости Вари, спросила мама.

— Ты не понимаешь!

— И Слава сказал, что ты сказала ему бежать в комнату. Это же совершенно не гостеприимно, Варя!

Она не знала, что может ответить матери. Шум воды в ванной стих, и они разошлись по разным углам кухни, будто этого разговора и не было. Сидеть и улыбаться соседям Варя точно бы не смогла, поэтому сбежала, не дожидаясь их появления. Она поднялась к Славе, намереваясь сообщить, что его срочно нужно переводить в другой класс, если не школу. Тот учился там меньше недели и вряд ли будет сильно расстроен, а подобные меры просто необходимы. Чем дальше он от этой семьи, тем лучше всем.

Варя не могла объяснить, в чем было дело, – то, что она видела, не поддавалось никакому разумному объяснению. Зато опасность всегда чувствовала заранее, в отличие от матери, сидящей у разбитого корыта, когда уже поздно. И ее брат этим корытом не станет. Она сделает все возможное и невозможное, как делала с самого его рождения.

Слава сидел на ковре, положив рядом лист бумаги, и старательно выводил все тот же силуэт. Рассматривая его с порога, Варя допустила мысль, что именно так в фильмах показывают одержимость чем-либо. Как навязчивая мысль, он занимал все больше места в голове брата, и рано или поздно намеревался вылезти наружу.

И все это вина учительницы и ее сумасшедшей матери.

Стараясь не шуметь, Варя прикрыла дверь и села рядом со Славой. Лишь когда он закончил и поднял голову, решила спросить:

— Это твоя учительница познакомила тебя с… твоим другом?

Он замотал головой.

— Елена Федоровна хотела помочь. Только спрашивала, чем я болею.

— И что ты ей ответил?

Слава засопел, думая. Взгляд его снова упал на окно, откуда в комнату просачивались лучи солнца.

— Что я не болею. Как ты учила, – кивнул он и затаил дыхание, ожидая реакции сестры.

Варя поджала губы, понимая, что этого разговора не избежать. Хотелось бы откладывать его как можно дольше, но он уже взрослый парень. Пора ему все объяснить.