Книга Пленница Лютого Альфы, страница 91 – Светлана Ворон

— Хватит, — устало отмахивается мой так называемый муж, и я отворачиваюсь, скрестив руки на груди.

Фиг ему, а не брачная ночь! Пусть только попробует коснуться!

Мы притормаживаем и медленно едем вдоль улочки параллельно с парнем, который нас игнорирует. Идёт себе по тротуару спокойно, как будто вправду ничего не боится.

Стекло с моей стороны опускается.

— Родион, — строго зовёт Лютый.

— Нахуй!

Я вздрагиваю, не ожидая такой грубости от подростка.

— Моя жена расстроится, если ты в машину не сядешь.

— Чё за жена? — парнишка резко останавливается и смотрит на меня в упор, и я вся вспыхиваю от смущения.

Ну зачем так прикладывать!

— А мамка тогда кто?

— Пихто! — джип тормозит, Лютый смотрит вперёд, на дорогу. Не отвечает прямо. — Садись.

Крепкие руки на руле. Поза лишь кажется расслабленной — вижу, что внутри он давно кипит и уже еле сдерживает раздражение.

— Из-за тебя я свадьбу поставил на паузу, пацан, — уже почти рычит. — Хватит выёбываться. Дохуя пешком идти в пригород.

— Обернусь, когда из города выйду.

— Не заставляй меня выходить, — руль опасно скрипит.

— Пожалуйста! — смотрю я на мальчика, пытаясь предотвратить возможный конфликт. — Позволь нам помочь. Это самое малое, что мы можем сделать.

И прямо кожей чувствую сильное недовольство Лютого. Он сказал, через метку мы слышим эмоции друг друга. Его основная сейчас — бешенство.

— Ладно, — вздыхает парнишка и нехотя залезает на заднее сидение.

Лютый тут же срывается с места, аж шины визжат. Парень даже не успевает нормально закрыть дверцу.

— Маме не понравится, что ты типа с женой приедешь, — бубнит сын сзади.

— Да мне как-то похуй, что ей нравится, — режет сталью мой типа муж.

Всё это дурно пахнет. Звучит обидно и унизительно.

Лютый сказал, что у нас ненастоящий брак. Но получать доказательства от стороннего наблюдателя — как минимум, неприятно.

Дальше все молчат. Машина мерно урчит, движение укачивает. Зевать начинаю. День был длинный и сложный, меня клонит в сон.

Не замечаю, как отключаюсь. От проблем в царстве Морфея прячусь.

Даже когда хлопки начинаются и ругань, слышу их сквозь муть сна. Странными, колючими обрывками в памяти сохраняю.

— Ты совсем офонарел, со шлюхой явился сюда?!

— Это мой дом, Марго. Мой. И она не шлюха, а моя жена.

— А я тогда кто?! — визжит женщина знакомой, неприятной сиреной. — Я твоя жена! Я!

— Ты никогда моей женой не была, — режет Лютый, вынимая меня из машины и подхватывая на руки.

— Скажи это Совету! — верещит женщина, и я сильнее льну к мужу, как к островку безопасности.

— Да все в курсе давным-давно. Одна ты слепоглухонемая. Давно бы себе другого волка нашла.

Пытаюсь разлепить глаза, хотя просыпаться совсем не хочется. Реальный мир больно жалит.

Здесь пахнет чужим домом, жареным мясом и женскими духами — навязчиво. И ненавистью, я словно кожей впитываю её из окружающего воздуха.

— Ты куда это её… Она что, пьяная?!

— Тшш, хватит орать, Марго. Она просто устала.

— Куда ты её несёшь?! Я не позволю в своём доме устраивать бордель!

— Я не оставлю жену одну в машине. Хочешь, чтоб я помог — уйди с дороги.

Делаю вид, что сплю. Не хочу участвовать в споре или становиться объектом травли. Пусть Лютый сам решает эту проблему.

На груди мужа тепло и хорошо. Чувствую себя такой защищённой, что сама себе удивляюсь. За лацкан пиджака его цепляюсь и щекой прижимаюсь, слушая ровные удары сердца.