Книга Мои. Робкий дар убогого мира, страница 60 – Лина Таб

— Это я понял, Рейна. Но я не был спокойным. Я обычно закрываюсь. Не пытаюсь думать об этом. Я делал это так, как требовалось.

— А это уже поняла я, — снова поцелуй в плечо, — а твой отец? — возвращаюсь к прежнему разговору, так как не вижу смысла пока обсуждать то, что не случилось, — с матерьми этого мира все понятно, но почему отец? Мне казалось мужчины здесь не такие жестокие. Потому и твое поведение не вязалось у меня. Выбивалось из системы.

— Он лучше всего владел плетью, он сам вызвался, потому что иначе это сделала бы мать и тогда могло быть хуже. Отец же выбрал меньшее из зол.

Зажмуриваюсь, рвано выдыхая.

Боже, ну что я за человек. Меня накрывает новым приступом вины.

— Прости, Карья, — шепчу, рассматривая щеку и тогда муж, как я просила снова поворачивает голову ко мне, смотрит пристально несколько секунд, а потом подается вперед, вынуждая меня замереть.

И нет, он не целует, а просто утыкается лбом в мой и закрывает глаза. Замирает так, и я чувствую его дыхание, теплое, укутывающее.

Тяну руки и глажу затылок, ощущая пальцами, насколько плотно стянуты его волосы в хвосте, мне хочется распустить их и я тяну за шнурок и тогда, тяжелый водопад черных волос падает на плечи мужа, скрывая их, а я просто перебираю пряди волос снова и снова.

Муж ничего не отвечает, но это и не требуется, он словно ластится ко мне, носом, скулой, снова лбом.

Кажется, этот вечер для обоих оказывается откровением, вскрывающим глубокие нарывы, которые жили в теле.

Мы ложимся спать в тишине и как ни странно, я не испытываю неловкости, не испытываю неудобств, недоумения, раздражения. Ничего подобного. Мне комфортно от того, что Карья лежит рядом. Мне нравится, что он подложил руку мне под голову и меня греет тот факт, что он не зажимается. Мне даже кажется, что он более спокоен, чем я. Но в свете услышанного, я все же сомневаюсь, скорее он просто хорошо держится.

Засыпаю я как ни странно быстро, уютно пригревшаяся под большим горячим боком мужчины, который мне нравился.

Лишь просыпаюсь на мгновение, когда тихонько рядом со мной укладывается Микайя. Напряженный немного, с прохладными руками, явно с улицы только.

Сжимаю его пальцы в своих и даже целую их сквозь сон, ощущая, как муж улегшись около меня, расслабляется.

Проснувшись утром, понимаю, что муж еще спит. Он такой безмятежный, расслабленный и я не сдерживаюсь, улыбаюсь. Внутри хорошо и легко. Давно я подобного не ощущала.

Сажусь на кровати, чувствуя ненавязчивые запахи еды. Значит, Микайя и Сахи уже не спят. Впрочем, это очевидно.

Сползаю с кровати, старясь не шуметь.

— Рейна, — резко подскакивает с кровати муж, когда я только ступила ступнями на пол.

Я вздрагиваю, настолько резко он вскочил.

Карья обеспокоенно впивается в мое лицо взглядом, потом озирается и фактически слетает с кровати.

— Простите, я должен был встать раньше и позаботиться о Вашем комфорте, — произносит сбивчиво, чем удивляет меня настолько, что я так и сижу замерев и лишь слежу, как муж быстро одевается, словно от скорости зависит жизнь.

— Карья, ты чего суетишься? — отмерев, на губы наползает улыбка, потому что я начала понимать причины его поведения, хотя сперва, надо сказать, напугал, — я не поставлю тебя в угол только потому, что ты спал дольше, чем я, — уже улыбаюсь сильнее, рассматривала мужа, который замер.